Штурмовик Империи

Очень вовремя. Просвистевшие пули пролетели совсем рядом. Грех жаловаться, но точность неизвестного противника сильно хромала. Густая трава смягчила падение, а раскидистый кустарник позволил перевести дух и проверить, что у меня есть в наличии.

Рука привычно потянулась к автомату, но удалось лишь нащупать портупею с пистолетом, если быть точнее с револьвером. Держать в руках револьвер системы Нагана само по себе удивительное событие, поэтому наличие шашки уже нисколько не удивляло. Что ж, поучаствую в этом странном сне или чьем-то разыгранном представлении.

Ради того, чтобы подержать в руках легендарное оружие можно многое простить.

Противник почему-то не стал кидать гранаты или подавлять огнем на поражение. Несколько пехотинцев, отделившись от основного отряда и выставив вперед винтовки, направились в мою сторону. Сверкающие на солнце штыки выглядели весьма впечатляюще, а значит пора позаботиться о собственной безопасности. Стрекот пулемета вдалеке заставил быть осторожнее. Даже если это сон, не хочется так резко просыпаться.

Стало интересно, чем все закончится.

Встав из-за своего укрытия, я открыл огонь по противнику. Отсутствие предохранителя непривычно, но после нажатия на спусковой крючок последовал выстрел. Вражеский солдат, получив пулю, упал в траву, после чего я снова скрылся за спасительным кустарником, а в мою сторону последовала масса выстрелов и оскорбительные крики. Мои противники не слишком похожи на представителей регулярной армии.

Прошла примерно минута безостановочной пальбы по кустарнику со стороны противника, и теперь можно вставать.

Выстрел из револьвера, еще выстрел. Седьмой выстрел с начала стрельбы стал последним, и мое оружие превратилось в бесполезный кусок железа. Перезаряжать слишком долго.

Стрельба из револьвера на удивление была успешна, – пять тел бездыханно лежали в траве, а еще один безуспешно пытался остановить кровь. Остальные, разозленные потерями, побежали в мою сторону. Раздавшийся рядом взрыв снаряда помог мне больше, чем противнику.

Солдаты легли на землю, а я, наоборот, резко сократил расстояние до вожделенной винтовки, и все не успел.

– Шайсе, русен! – на немецком произнес рослый детина, что встал самым первым.

Здоровенный противник, исказив лицо, выставил винтовку с примкнутым штыком и побежал прямо на меня. Достав из ножен шашку, я приготовился встретить врага, а перед глазами снова предстал один из первых боевых выходов в качестве штурмовика.