Штурмовик Империи

В любом случае, в Гражданскую иметь фамилию Романов – гарантированный расстрел, а воевать за разрозненные идеи белых и иностранные государства, совсем не хочется.

Эмиграция? Жить в чужой стране с иным менталитетом тяжело для того, кто воюет и работает на благо своей страны далеко не первый год. Устраиваться на работу или заниматься бизнесом на собственные накопления не мой вариант. Не для этого я умер и ожил среди чужих солдат. Пока основная задача вжиться в новую для себя эпоху.

– Ваше императорское высочество, вам передали приглашение на обед в штаб первой армии.

Я не стал вас тревожить, пока вы разговаривали с сестрой, – доложил Демьян.

– Спасибо за заботу. Как твоя рука, Демьян?

– А что с ней будет?! Поболит, да пройдет. Не в первый раз. Вы мне лучше расскажите, где так воевать учат? Чтобы один человек столько врагов порубил, я в жизни не видел. И стреляли вы шибко метко.

Мой денщик-телохранитель не вернулся в расположение генерала Ренненкампфа, а остался при мне. На резонный вопрос ответил, что со мной ему интереснее.

Даже если шпионить для генерала не страшно. Зная, что Демьян прикрывает мне спину, как-то проще становится в бою.

– Есть места особые. Может и ты как-нибудь ознакомишься с новыми способами подготовки. Пойдем, сходим проверим, как второй взвод поживает. Все-таки пока меня не назначили на новую должность, я несу ответственность за личный состав.

– Ничего с ними не сделается. Половина в госпитале отдыхают, другая половина оружие в порядок приводит и трофеи сортирует, – махнул рукой Демьян.

 – Сейчас Принца приведу к вам и поедем. Кавалеристы пешком не ходят.

Гумбиннен в ходе быстрого продвижения наших войск был спешно покинут большинством жителей. Некоторые пожитки люди бросали прямо на повозках возле дома, а в занятом мной доме на столе остался недоеденный обед. Солдаты вели себя культурно и случаев мародерки пока не было. По крайней мере, я не слышал об этом.

В нашей истории штаб первой армии двигался вместе с самой армией вперед и не задержался в Гумбиннене надолго.

Следующий город, в который вошла русская армия, был Истенбург, но в этот раз генерал Ренненкампф прислушался к моим словам и выслал вперед разведку, несмотря на всю ярость командующего Северо-Западным фронтом.

По пути к расположению Лейб-гвардии Конного полка нам попалась на встречу колонна немецких военнопленных. В их взглядах я не видел страха или паники. Усталость, злость либо апатия, но голодом никого не морили.