Над водами Ксанфа. Ошибка царьзидента

– Хорошо… Вот только как туда попасть?

– Может, Катя и с этим поможет?

Целью их посещения завода было выяснить – отливались ли тут статуи с фотографий, или все же это просто искусно сделанные фальшивки для отвода глаз. Затем разговор вновь перешел к обсуждению возможности повторного взрыва.

– Как она сказала? – «три дня». Один, кстати, прошел. Какие идеи, Модест?

У Модеста идей не было. Зато появилась идея у Виктора.

– Можно попытаться попасть туда как туристы. Просто заплатить?

Модесту явно было жалко денег:

– А сколько это может стоить? Да и получится ли?…

– А у нас есть варианты? Давайте так – если не будет других, то я заплачу.

Модест не возражал. Пришла СМС-ка. Пора было двигать в сторону гостеприимных сестричек и загадочной Кати.

* * *

Их передвижение в сторону двух таких разных домов не укрылось от внимания сидящих в припаркованной в 200 метрах от дома Марго машине.

– Да мне наплевать, на то, кто этот второй! Грек сказал «кощеем» заняться, вот мы и должны его выпотрошить. А этот нам на хрен не сдался.

Сергей был в шортах с ремнем, сверху, поверх футболки, была просторная даже для его огромного тела ветровка с капюшоном. Любимый «Свечкин» примостился на полу между ног. Ему было жарко и тесно, ноги затекли после долгих часов наблюдения.

Сейчас они только что наблюдали, как сначала молодой незнакомец нырнул крадучись в калитку, а Модест Иннокентьевич через минутку позвонил в соседнюю.

– Что тут думать? – уже спокойнее сказал он, – Этот к бабе знакомой пошел ночевать. Местный, может быть…

– Да? А что он тогда в гостинице делает?

На этот вопрос ответа у собеседников не было. Изначальный план был простой – подъехать к объекту на машине, посадить в салон и произвести допрос с пристрастием.

– Может, просто ночью вломимся, да и заберем этого с собой? – предложил сидящий за рулем.

– Может… – согласился Сергей. Он связался с шефом. Никаких новостей ни о сбежавшей старушке, ни об ее «сиделке» Семене пока не поступило. Начальство явно нервничало и торопило. Настолько сильно, что порой перегибало палку с обвинениями подчиненных в лени и небрежении своими обязанностями.