Вебкам-модель: это затягивает!

Наоборот, он решил, что оказался тогда недостоин меня – ведь я веб-модель, яркая личность, к ногам которой мужчины падают штабелями. Он был благодарен мне за то, что не отказалась увидеть его снова.

– Девушка, нам всем сначала по одному глинтвейну, а потом сразу повторить! – потребовала Крис, не открывая меню. – И еще нам ваш фирменный садж, и по ванильному чизкейку всем.

Официантка молча кивнула и убежала.

– Привеееет! – дочь Илоны плюхнулась в кресло напротив меня. Она улыбалась так, как будто мы с ней вместе пуд соли съели.

– Очень рада тебя видеть! Как ты меня нашла?

– Так я ж не ушла из вебки. Я сама стримлю почти каждый день. Мониторю сайты, смотрю чужие шоу. И вдруг вижу, библиотека знакомая! И там бабка рыжая. А потом с лестницы спустилась ты, и я уже не могла оторваться. Купила билет и посмотрела. Ты до сих пор в нон-нюде, что ли?

Аааа! Я представила, каково бы мне было, если бы я была в нюде, и моя знакомая посмотрела такое шоу! Я бы сгорела со стыда.

– Да, у меня без раздевания все очень хорошо идет.

– Так я не была в СНГ. Мы с Вадимом летали в Калининград к его тете, а потом немножко по Европе прокатились. Я стримила с телефона из номеров отелей. Постоянникам нравится, когда я локации меняю.

Куда же смотрит Илонин двоюродный брат? Он что, просто берет деньги каждый месяц, но совсем не контролирует Крис? Это было бы слишком нагло.

Принесли глинтвейн.

– Вы теперь пара?

По-моему, я задавала этот вопрос впервые в жизни. Мама меня учила, что интересоваться такими подробностями – хамство. Ее устаревшие нравоучения чересчур крепко засели во мне и сильно мешали.

– Нет! – Вадим поспешно замахал руками. – Мы, как и раньше, лучшие друзья. И еще я чуть-чуть помогал Крис, изображал ее психоаналитика.

– В смысле, изображал?

– Мне надо было кое-кого убедить, что я переосмысливаю свою жизнь, – Крис закатила глаза и дала понять, что не хочет распространяться на эту тему.

– Отдам, когда комплимент мне сделаешь!

– Ты прекрасно выглядишь, – я не льстила. Крис была одета в фиолетовое трикотажное платье, которое плотно облегало фигуру, белые колготы и массивные ботинки в красно-белую клетку. В ее ушах болтались трехъярусные серьги-“люстры” с белыми кристаллами.