Злоборцы

Взглядам пленных во всей красе открылась его физиономия. Маленькие уши, вернее, словно гвоздём пробитые отверстия у висков; минимум растительности на макушке. Узкие злобные глаза; нос – картошкой, мутированной такой картофелиной; рот расплывался в беззубой, если не считать четырёх клыков, улыбке. Лоб сильно сморщен: кожа слоями висела над глазами. Челюсти квадратные, цвет лица – бледно-серый.

– Ты понимаешь нашу речь? – продолжал допрос Кир, глядя в щёлки-глаза и пытаясь понять, есть ли в них просвет разума.

– Человэк говорить меня? – удивился тролль.

– Да, говорит, а ты думал: один умеешь говорить?

Тролль подошёл к Киру, внимательно его осмотрел, для верности лизнул, потом вновь вернулся к пересчёту денег.

– Казион, наколдуй что-нибудь, – попросил Кир шёпотом.

– Не могу, – ответил начинающий чародей. – Руки связаны. Да и не умею я ещё толком колдовать.

– А можешь сделать так, чтобы он адекватно понимал речь?

– Ну… не совсем… Могу лишь временно усилить его умственную деятельность.

– И пусть мучается! – перебил Мамс.

– Но… – невозмутимо продолжил Казион тоном лектора Академии, – на некоторое время станет гением. Для тролля, конечно. Полезное заклинание. Его мы втихую заучили, чтоб к экзаменам проще готовиться. Только на экзамене как с бодуна сидели…

– Давай рискнём! – предложил Кир, а сам уже начал думать, что бы такое разумное, доброе, вечное сказать троллю.

Казион стал бормотать загадочную формулу и грозно поглядывать на грабителя.

– Но лишь божественный глагол, – нараспев читал маг-первокурсник, – до слуха чуткого коснётся, душа поэта встрепенётся, как пробудившийся орёл…

Вскоре довольная гримаса сошла с лица тролля, и лик его обезобразился печатью интеллекта.

– У, голова болить! Болеть-болеть! Что могло случиться? – взревел он. – Насилие!

– Слушай, Казион, а ты не переборщил? – Мамс с интересом наблюдал за троллем, пока из почти беззубых уст вылетали неприсущие им слова и выражения.

– Чтобы оценить доброту и понять её значение, надо непременно самому испытать её… – не унимался тролль.

– Заканчивай, Казион, сейчас у него голова лопнет! – выкрикнул Кир.

– Амикус Плято, сед магис амика – веритас! – возопил тролль, и внезапно поток красноречия прекратился. Тролль уселся на пенёк и обхватил голову руками. Не издавая ни звука, продолжал так сидеть, глядя на разрушения в древесине старого пня.