Сам по себе

Я приделал к крыльцу пандус, чтобы Валя могла заезжать домой на коляске, так же я попросил бригаду строителей переделать все двери и убрать пороги, из-за этого так же переделал входную дверь. Это сильно отразилось на моём бюджете.

Вале было тринадцать, она училась в областном городе в специальной школе-интернат, возвращаясь со школы, она сразу ехала ко мне, а не домой, иногда просила встречать её. Телефона у неё не было, её отец пропивал всё. Я отдал ей телефон дедушки, и мы начали часто созваниваться, но оплачивать сотовую связь было дорого, моей пенсии не хватало оплатить газ, электричество, а еще нужно было тратить на еду и одежду.

От того, что я всегда был один, в школе надо мной смеялись и издевались, но я отремонтировал старую дедушкину гитару и стал играть, разрабатывая пальцы. Со временем я начал сочинять стихи и песни, и я решил ходить по электричкам и петь. Если мне давали деньги, я благодарил людей. Многие считали, что я побираюсь, но я никогда не брал денег просто так, только после выступления мне давали мелочь, которую я сваливал в рюкзак в специальный мешочек, бумажные я прятал в другой отсек в ручке рюкзака – если не знать, то его невозможно обнаружить, но и доставать обратно было очень трудно.

После школы я каждый день ездил на электричке до остановочной платформы, где пересаживался и ехал обратно, в субботу и воскресенье я уезжал в центр и ездил на электричках по другим направлениям.

На новогодние каникулы приехала Валя, я её не видел полгода, она прекрасно выглядела, идти домой она категорически отказалась.

– Я итак уже дома! – сказала она.

С самого начала, как мы познакомились, она убиралась в доме, готовила еду и однажды, перед тем, как уехать в интернат, она попросила меня, чтобы я разрешил её ночевать у себя. Я не придал этому особого значения, она была для меня, как младшая сестра, и я разрешил. В течение недели она перетаскала все свои вещи ко мне в комнату, а я переехал в дедушкину.

– Только не обижай её пожалуйста, – как-то сказала мне её мама. – Ей итак в жизни сильно досталось, и только сейчас у неё на лице начала появляться улыбка.

– Я никогда её не обижу! – сказал я.

– Хотелось бы верить! – сказала мама и вышла из дома.