Учебники Судьбы. Остров Отчаяния

И в отличие от мускулистого паренька, его словно совершенно не беспокоила судьба корабля, несущегося по волнам к чёрной скале.

– Роб, кэп Роб! – Кто-то тянул за футболку несчастного самопровозглашённого капитана. Затерявшись в толпе на лестнице, где жалась большая часть подростков, верящих в правило золотой середины, Роб вспомнил поездки в автобусе в часы пик, когда тебя швыряет то влево, то вправо, но всякий раз наваливаешься на чьё-то провисшее меж верхним поручнем и днищем тело.

Роб протолкнулся в нужном направлении и снова увидел её, докучливую китаянку в очках и с хвостиками.

– Чего тебе, э-э-э…

– Ха Ли.

– Я не понимаю твой язык.

– Ха Ли. Это моё имя. Запомнишь? Ты же запомнил, в какую сторону часы ходят. Вот и моё имя, я уверена, осилишь. Четыре буквы всего. Ха Ли.

Роб понял, что его унизила незнакомая девчонка. Хотя нет… Похоже, теперь уже знакомая.

– Ха Ли, чего надо?

– Роб, ты не видел того самого малыша?

– Какого ещё малыша? – стараясь перекричать общий шум, капитан вплотную подошёл к девчонке и спрашивал почти ей в ухо.

– Малыша с меткой на лице. Ты отправил его искать землю на Воронье гнездо. Помнишь? В трюме его нет. Я обошла каждый угол, заглянула в шкаф и сундук. Малыша с меткой нигде нет.

Горячая кровь хлынула в голову. И голова горела от неведомого ужаса. Роб снял бандану – волнистые чёрные волосы, взмокшие, спали до ушей.

– Не было никакого малыша, – сквозь зубы процедил он Ха Ли. – Не было его.

Девчонка отпрянула от Роба, как если бы, собирая грибы, обнаружила под крупным боровиком змею.

Ей осталось лишь кивнуть и скрыться в толпе, упорно жмущейся на лестнице. Все ждали чего-то страшного: столкновения, треска, потоков воды, что мощной струёй ворвались бы сквозь пробитую камнями брешь. Подростки на самом верху готовились бежать, если трюм начнёт заполнять вода. Те, что стояли ниже, беспокоились и толкались. Начинались ссоры, даже драки. Вскоре вниз стали оттеснять слабых.

Как ни держались за поручни лестницы, внезапное столкновение отбросило всех вниз. Началась давка: подростки поднимались, наступали на мешающие идти вперёд чужие части тела грубыми подошвами с шипами, лезли, чтобы успеть выбраться до того, как вода хлынет в трюм. Плач, стоны и крики боли никому не мешали рваться наружу. На одеждах зарябила кровь.