Рыжие сказки

Женщина слушала, широко улыбалась, но в краешках ее глаз блестели слезы. А вокруг них была небольшая комната в обычной городской высотке, где на письменном столе, вокруг кровати и на подоконнике были разложены ракушки и ароматические морские свечи, в углу стояла небольшая пальмочка в кадке, возле которой лежала разорванная подарочная упаковка цвета теплого песчаного пляжа.

Марципан

Минуты нежности

Так бывает, когда ты упорно ищешь преданного друга, он вдруг оказывается в совершенно неожиданном месте.

Каждый день котенок пытался понять, как устроена квартира, и какие еще ее уголки он не успел обследовать. Он отвоевал территорию и следил за мной, угадывая, куда можно ходить, а куда лучше быстрее забежать, пока дверь приоткрыта. Котенок очень удивлялся, если я собиралась выйти из дома, и очень грустил, пока я ни появлялась снова.

Оставаться одному Марципану категорически не нравилось, но спать вместе оказалось невозможно. Точнее плохо было только мне, а этот рыжий бандит прекрасно себя чувствовал, прыгая по кровати и комоду, снося все на своем пути. Спустя две ночи котенок был изгнан из спальни.

– Тогда я буду спать здесь, – пропищал Марципан и гордо свернулся на диванной подушке.

С тех пор именно она стала законным местом пушистого жильца моего королевства.

Однако несмотря на всю свою кошачью гордость, котенок скучал по ночам. Поэтому едва заслышав звук моего будильника, он бежал к комнате, запрыгивал на рядом стоящий сундук и ждал. Он был убежден, что по первому звуку я должна вскочить и побежать к своему малышу. Я, естественно, этого не делала.

Это утро ничем не отличалось от предыдущих. Марципан подождал несколько минут после звонка будильника и аккуратно позвал:

– Мам? – по ту сторону двери было по-прежнему тихо.

Когда и это не возымело действия, он начал скрести в дверь и кричать во всю мощь своих маленьких легких.

«Солнце встало уже очень давно, ну, сколько можно спать?!» – недоумевал Марципан и бросился на дверь, словно на злейшего своего врага.

Я прекрасно слышала всю эту возню, ибо под настойчивое пищание спать было не так-то просто, хотя очень хотелось.