Знаю, ты хочешь

Скажи, что хочешь, и…

– Алекс… – Почти умоляю я.

– Просто скажи. Тебя возбуждает мысль об этом?

– Да. – Вырывается из меня признание.

И я позволяю ему себя поцеловать.

7

Не знаю, как так выходит. Всего на секунду мелькает мысль о том, что я не прочь узнать, каковы его губы на вкус, и вот уже они на моих губах. Невообразимо горячие и сладкие.

Мне требуется мгновение на осознание того, что мы в той точке, откуда возврата уже не будет, и я пытаюсь отстраниться, но у меня, разумеется, ничего не выходит.

Он снова подтаскивает мое лицо к своему и проталкивает свой язык в мой приоткрытый рот. Чувствую, как его сильные руки вжимаются в мою талию, приподнимают меня с кресла и вдавливают в его грудь. Я покорно прижимаюсь к Алексу, плененная этими настойчивыми объятиями, и больше не делаю попыток его оттолкнуть.

Я целую мужчину в ответ, и наши языки играют друг с другом. Мое сознание словно пребывает в каком-то дурмане – насколько мне хорошо, настолько же сильно и смело мое тело отзывается на каждое его прикосновение.

– Ханна… – Шепчет он на прерывистом выдохе и целует меня снова.

Шероховатость его щетины щекочет мне лицо, дыхание обжигает кожу, и тянущее ощущение внизу живота разгорается в ожидании продолжения этих ласк.

– Ты так прекрасна, Ханна… – Его губы сжимаются на мочке моего уха.

Алекс чуть наклоняется и зарывается носом мне в волосы.

Черт, я хочу его… И это желание все сильнее похоже на какое-то безумие.

– Я так хочу тебя, – вторит мне мужчина, но уже вслух.

Очертания сада плывут перед моими глазами, когда я чувствую, как он подхватывает меня на руки и несет в дом.

Этого короткого мгновения хватило бы, чтобы прийти в себя и понять, какую ошибку совершаю. Но мне уже все равно. Мое тело буквально звенит от напряжения. Оно требует срочной разрядки.

В доме все еще звучит музыка.

Алекс идет почти наощупь, потому что мы продолжаем целоваться.

Не понимаю, где мы оказываемся.

Спальня? Гостевая комната? Гостиная?

Я так пьяна присутствием этого мужчины, его терпким запахом, его силой, что для меня весь мир перестает существовать. Всё, что мне сейчас нужно, это его губы на моей коже и его руки на моем теле, и Алекс щедро дает мне это.