Влюбляться лучше всего под музыку

Дело было неделю назад после клуба, и мы были не совсем трезвы. Дима, чтобы свести нас, придумал тот идиотский спор: я загадываю желание, а Пашка исполняет его и в награду получает мой поцелуй. В тот момент все происходящее казалось абсурдным, но ужасно веселым. Разумеется, я не стала его жалеть: потребовала, чтобы Павлик сделал себе пирсинг соска и носа! Мы хохотали как безумные, а он взял и… согласился.

И вот представьте, парень прокалывает свой сосок и вешает в нос колечко, чтобы я его поцеловала – мне, безусловно, было приятно, но неужели это, правда, можно назвать любовью? Или считать основанием для начала хоть сколько-нибудь серьезных отношений? Не удивительно, что я сомневалась.

– Я еще думаю, – произношу отстраненно, маленькими глотками отпивая шампанское.

Классная задница с саксофоном скрывается в толпе.

– Неделя уже прошла, хватит думать. – Иногда Сурикова бывает настойчива. – Не мучай парня.

– Беспокоишься за родственничка? – Усмехаюсь я.

Павлик – Машкин брат-близнец, точнее двойняшка.

– Очень, – сдвигает брови она.

Чувствую себя загнанной в ловушку.

– Учту этот фактор, как маловажный и не способный повлиять на принятие окончательного решения.

Подруга закашливается:

– Коварная ты женщина!

– Роковая. – Ставлю свой бокал на подоконник. – Пойду, разнюхаю, что там подают. – И направляюсь к бару.

Иду и замечаю на себе взгляды. Не могу не обращать внимания на мужчин. Похоже, у меня какая-то нездоровая потребность флиртовать, заигрывать и ощущать заинтересованность в себе.

Вроде наклюнулись отношения с хорошим парнем, но… А что но? Я и сама не знаю. Нас влечет друг к другу, и это ясно, как белый день, но мы не целовались, не держались за руки, даже не общались нормально.

Уже прошла неделя с того самого спора. Все это время Пашка носил в носу то дурацкое колечко. Он ждет, что я его поцелую, и это будет означать, что мы вместе. Но… как-то это по-дурацки, что ли. Разве люди встречаются друг с другом из-за спора?

Все окружающие только и делают то, что ищут «что-то настоящее», серьезное и навсегда.

И я тоже хочу. А он – брат моей подруги. Красивый вариант «поматросить и бросить» с ним не прокатит, Машка меня не простит. И от этих мыслей мне становится еще тяжелее.

Через пятнадцать минут мы с подругой пританцовываем у стены, не решаясь занять пустующую середину танцпола. Тарталетки с икрой залетают в меня, точно вражеские пули, приводя в исполнение приговор моей диете.