С любовью, Босс

А затем припускаю вдоль улицы – подальше от этого дома.

Плевать, как это выглядит. Я бегу не от них, а от себя. И от неудач, что меня преследуют.

В этот момент мне кажется, что все позади.

Ключевое слово – кажется.

Глава 2

– Я даже колготки не надела! – Возмущаюсь я в трубку. – Убежала оттуда босиком и в трусах, а юбку пришлось натягивать прямо в подъезде!

– Умора! – Хрюкает со смеху Катюха. – Так что тебя смутило больше? Что его жена оказалась дома и, вероятнее всего, слушала полночи твои стоны, или то, что она вовсе не против того, чтобы ее муж развлекался в соседней комнате с другой женщиной?

– Я приличный человек, Морозова! Хуже женатиков только открыто изменяющие женатики!

– Зато он точно не любитель женщин сильно постарше.

Несколько месяцев назад она застала своего жениха в постели с бабулей божьим одуванчиком, что трудилась консьержкой в их доме. Пришлось отменять свадьбу, съезжать в гостиницу и лечить разбитое сердце. Как хорошо, что сейчас это уже в прошлом, и Катя нашла свое счастье в лице нашего коллеги Усова.

– Мне легче не стало. – Вздыхаю я. Киваю таксисту: – Спасибо. – Выхожу из машины и спешу к бизнес-центру, в котором расположен офис журнала «Manner», в котором я тружусь редактором-обозревателем раздела «Fashion». – Теперь я всерьез начинаю подозревать, что проклята. Мне катастрофически не везет с мужчинами. Если так и продолжится, то придется уйти в монастырь.

– Ты веришь в Бога? – Удивляется Катя.

– Это так принципиально?

– В этом смысл монастыря, Ди. – Смеется она.

– По крайней мере, в злой рок точно верю!

Словно в подтверждение того, что преследующие меня неурядицы не являются игрой моего воображения, подошвы моих туфель скользят по асфальту, и я едва не растягиваюсь у входа в здание. Едва успеваю сохранить равновесие и подхватить выпрыгнувший из рук телефон.

– Черт!

– Кстати, о злом роке. – Не дает мне отдышаться Катя. – Тучи сгущаются. Объект на месте.

Значит, Барракуда уже в офисе – так мы зовем нашу шефиню Аллу Денисовну. Свое прозвище она заслужила за крутой нрав и дурной характер.

– Я уже в здании. – Вру я, ухватываясь пальцами за обледеневшую ручку двери. Подтягиваюсь, сопротивляясь порывам ветра, и буквально вваливаюсь в пространство между дверьми. – Через минуту буду!

Прячу телефон в карман, откидываю волосы назад и гордой походкой вхожу в фойе.