Сердце умирает медленно

Папа критически оглядел мое старомодное платье, затем прическу и босые ступни.

– Пошли, – сказал, пожав плечами.

Я радостно соскочила со стула, надела шлепки, в которых обычно выходила подышать воздухом, и поспешила за ним через черный ход.

– Может, прогуляемся пешком? – предложил он вдруг.

– Ну… – замерев у порога, я сглотнула. – Давай. Если мне не навредит…

– Эмили, – отец ласково похлопал меня по плечу. – Что тебе может навредить сейчас, так это диван и телевизор. Доктор Кларк рекомендовала начинать с ходьбы каждый день и понемногу увеличивать нагрузки.

Я с восторгом вдохнула свежего утреннего воздуха и крепко сжала папину ладонь.

– Надо же, – оглядываясь на дом, из которого могла следом выбежать мать, присвистнула я. – Даже не верится. Иду по улице. Куда хочу. А скоро смогу побежать. Правда?

Посмотрела на отца. Тот, усмехнувшись, несколько раз кивнул:

– Конечно.

Мне нравилось.

И только завидев вдалеке знакомую красную крышу, которую мне доводилось несколько раз наблюдать через окно машины, я ощутила волнение. Это был дом Райана.

«Как он встретит меня? Что сделает его мать? Что, в конце концов, я скажу ему?»

Столько вопросов, и ни одного ответа.

Но что мне известно точно, так это то, что увидеться нам с ним, чтобы все прояснить, – просто жизненно необходимо.

– Ступай, – папа остановился у подъездной дорожки.

– Ты не пойдешь? – испугалась я.

– Нет, – улыбнулся он. – А разве ты сама не справишься?

Немного самостоятельности мне бы точно не помешало. Тем более что каждый мой шаг наружу из-под зонтика гиперопеки матери стал настоящим чудом, казался глотком чистейшего кислорода. Поэтому я благодарно кивнула и медленно направилась к двери.

– Думаешь, они не спят?

Папа взглянул на часы:

– Без пяти семь. Самое время вставать.

– Как скажешь, – пожала плечами и продолжила путь.

Каждый шаг давался с большим трудом.

Вдруг сознание пулей пронзила мысль о том, что через пять минут начнет трезвонить будильник на моей тумбочке, и если его не выключить, мать сорвется с постели и побежит проверять мое самочувствие. Но теперь ничего не поделаешь. Пусть будет, как будет.

И я постучала в дверь.