Очень плохой профессор

Студентка распахнула свои невозможно красивые глаза и уставилась на него:

– А если…

– Он не придет, – решительно мотнул головой Матвей. И тут же поправился: – В любом случае такие знакомства опасны. Особенно для хорошеньких молодых девушек.

Поняв, что только что он сам снова перешел черту, мужчина нахмурился. Обычно студенты университета старались не злить принципиального и неподкупного профессора, поэтому Алексеева тоже не стала спорить: быстро поднялась со стула, дрожащей рукой прихватила плащ и шмыгнула носом, ожидая дальнейших указаний.

– На улице дождь. Накиньте капюшон, – сухо сказал Озеров, когда девушка потянулась за сумочкой.

Капюшона на ее плаще не было, зонтика тоже не имелось, поэтому Алексеева просто накинула плащ на голову, прежде чем выйти наружу прямо под ливень. Озеров быстро переступал через лужи, продвигался все дальше и дальше по темной улице, а девушка неуклюже бежала за ним и старалась не отставать.

– Садитесь, – мужчина открыл ей пассажирскую дверцу машины.

– С-спасибо…

Она впорхнула в салон и смущенно поправила подол юбки, неожиданно обнаживший ее стройные ножки.

«Только секс. Никаких обязательств», – пульсировало в висках Озерова. Все могло быть просто, если бы не тот факт, что девушка была его студенткой.

– Все нормально? – поинтересовался он, заводя мотор.

– Да.

– Пристегнитесь.

– Да, – Алексеева засуетилась, оттягивая на себя тугой ремень.

Салон наполнился ароматом ее духов – тонким и нежным. Сердце Матвея Павловича забилось быстрее.

Девушка совсем не походила на ту, которая способна заняться сексом с первым встречным. Скромная, тихая, с неплохой фигурой, Алексеева была невероятно хороша собой. Ну и как она сможет прийти в дешевую гостиницу, чтобы по-быстрому избавиться от девственности?

– А я вас не таким себе представляла, – раздалось в тишине, сопровождаемой лишь стуком капель дождя по крыше машины.

Автомобиль неспешно пробирался вперед по темному шоссе.

– Не понял, – отозвался Озеров.

– Я думала, вы черствый сухарь.

Похоже, это было комплиментом.

– Я такой и есть, – напряженно вцепившись в руль, хрипло ответил мужчина.

Алексеева застенчиво улыбнулась и стала смотреть в окно. Девушка заставляла Матвея чувствовать себя не в своей тарелке.

– Сухарь не стал бы меня жалеть, – тихо произнесла студентка.

Заметив, как ее пальцы нервно натянули ткань юбки на внезапно оголившуюся коленку, мужчина сглотнул. У него не получалось сосредоточиться на дороге.