Обаятельное чудовище

Если выкинуть половину, то будет не так кучно.

Парень хватается руками за голову.

– Быстро поставили все, как было! – указывает Вадику и Никите. – А ну, взяли тумбочку и понесли на место – вон туда!

Охранники послушно припадают к тумбочке, и я визжу:

– Стоп!

– Берите! – раздраженно сплевывает Тим.

– Поставьте! – требую я.

Вадик-Никита застывают, не убирая рук от злосчастной мебели.

– Берите и несите! – приказывает парень скорее растерянно, чем сердито.

Охранники косятся на меня.

– Поставьте! Не трогайте! – гордо топаю ножкой.

– Несите! – угрожающе цедит сквозь зубы Тим.

Качки испуганно поднимают в воздух тумбу, и я возмущенно развожу руками.

– Парни, разве мы не договаривались? – И едва Левицкий переводит взгляд, показываю жест, на пальцах означающий «деньги».

Бум! Тумбочка глухо падает на пол.

– Извини, Тим Григорьич… – прячет глаза Вадик.

– Мы, наверное, пойдем… – крадется спиной к выходу Никита.

Через пару секунд они скрываются за дверью, и я начинаю об этом жалеть, потому что чудовище приближается ко мне все ближе и ближе. Я вижу, как его пальцы сжимаются в кулаки, а перекошенное от ненависти лицо наливается краснотой.

– Вот, значит, как… – раздается у моей макушки.

Медленно поднимаю взгляд. И сглатываю.

– Просто… я быстро нахожу общий язык с персоналом, – говорю срывающимся голосом. – Они сразу почувствовали во мне стержень руководителя.

Последнее слово я произношу прямо ему в лицо. О боже… Он что, кусок от меня откусить собрался?

– Быстро ставь все, как было! – рявкает он, крепко хватая меня за руку и подтягивая к себе. – Кому сказал!

– Разбежалась! Прикрути сначала подножку к моему мотоциклу, – тихо отвечаю я, упираясь второй рукой в его твердую грудь и осторожно пытаясь высвободиться из цепкой хватки.

– Ни за что, – сдавленно шипит он.

У меня по спине табуном несутся мурашки.

– Не буду я ничего двигать, – я все-таки выкручиваю руку, освобождаясь из захвата. – И не подходи больше ко мне так близко! Одеколон у тебя… мерзкий. Как окружающие его выносят? Бр-р! – Трясу головой. – Фу!

Спешу вернуться за стол, чтобы отдышаться, и краем глаза замечаю, как он в недоумении принюхивается к себе. Так тебе и надо, вонючка! Этот раунд в мою пользу.