Люблю, скучаю… Ненавижу!

– Ага. – Выдохнул я и вежливо показал рукой. – После тебя.

Лучше смотреть ей в спину, чем опять улыбаться.

И мы направились в столовую.

– Садитесь, ребята. – Сергей Анатольевич выдвинул для нас стулья. – Надеюсь, руки все помыли?

– Конечно, – расплылась в улыбке Наталья.

Я сполоснул руки, вытер их полотенцем и помог бабушке устроиться за столом рядом с собой, когда в столовой, наконец, появились Карина с подругой.

– Представляешь, твой отец сказал, что Пупсику не меньше восьми лет! – Беспрерывно трещала Нина.

 – Из-за того, что я его неправильно кормила, у него проблемы с пищеварением, тошнота, рвота и всё остальное! А ещё у него зубной камень и проблемы с дёснами! Твой папа обещал завтра посмотреть его в клинике, провести там полную диагностику. И почему я такая бестолковая и не сделала этого раньше?

– Получается, что Кирилл подарил тебе взрослого пса? – Карина бросила на меня ненавидящий взгляд и остановилась у стола.

Единственные свободные места оставались как раз напротив меня.

Ей пришлось опуститься на один из стульев.

– Подозреваю, что он украл его. Я и раньше догадывалась, когда увидела сюжет в новостях… – Покачала головой Нина. – Твой папа сказал, что, возможно, из-за своего самочувствия Пупсик и рычал, и бросался на людей. Печально, правда?

– То есть, если его вылечат, он больше не будет кусать меня за пятки? – Уточнила Карина. – И гадить не будет?

– Наверное. – Пожала плечами её подруга, усаживаясь рядом с ней. – Для начала мы подберём ему новый корм и наладим его питание.

Больше никаких угощений с человеческого стола.

Где-то под столом жалобно вздохнул Пупсик, и Карина бросила на меня новый взгляд, наверняка, означавший что-то вроде «жаль, тебя так просто не вылечить». И я тут же парировал его взглядом «я бы переехал тебя машиной, ведь это так заманчиво».

Маленькая лгунья дёрнула уголком рта – она не собиралась сдаваться.

Я улыбнулся – моей капитуляции она тоже не дождётся.

– Бедный Пу-у-упсик! – Протянула Нина. – Прости, что я была так невнимательна с тобой.

А я по-прежнему не видел и не слышал за столом никого, кроме Карины. Надо было признать, что в этом красном платье на тонких лямках с игривыми оборками она выглядело сногсшибательно. Её смуглая кожа переливалась матовым блеском, а спелые, алые губы так и манили поцеловать их.

Мне всё труднее было удерживать на девушке свой ехидный взгляд. Все моя уверенность и злость разбивались о её красоту, как морские волны о мощные камни.