Сказки отечественной дипломатии

Пока!

Потрясенный до глубины души килечно-шпротной драмой и радуясь за себя, что работает в Индии, где «люди задумчивы и нежны, а с небес сыплется золотая пыль», Андрей Андреевич направил свои стопы в сторону Департамента Задней Азии, который вкупе с Департаментом Передней, Средней и Дальней Азии претворял в жизнь линию руководства на азиатском направлении.

Шествуя коридором через Департамент Средней Азии, размещавшийся на том же этаже, что и Департамент Задней Азии, Андрей Андреевич услышал исполненный отчаяния гневный крик, доносившийся из кабинета какого-то полуответственного начальника, судя по всему, распекавшего молодого дипломата.

– Вы, коллега, теперь не в своей Вислоуховской Академии Народной Дипломатии диплом пишите! Вы составляете официальную ноту МИДа Российской Федерации самому Хубилаю Едигеевичу! Это две очень большие разницы! Ты же что такое пишешь, блин, – «мы не можем пожать руку, которая стальной пятой попирает неотъемлемые права человека»? Надо будет, так пожмешь не только руку, но и ногу, и вообще что прикажут! Это у кого «морда косоглазая»? У нашего стратегического партнера, что ли? И что это за «гнусный суслик»? Ты в своем уме или в чьем?!

– Да за мою зарплату и так сойдет! – огрызнулся юноша.

 – Что вы, Филофей Филофеич, ко мне придираетесь, как придираст какой-то! Отстаньте, ей?богу, а то тоже в коммерцию подамся, как ваши мгимовцы хваленые.

«Действительно, чего он к парню привязался! Как будто сам молодым никогда не был! – мысленно поддержал вислоуховского паренька советник.

 – Я ведь тоже в его годы как-то раз индийского министра по делам аэрации и одорации сельской местности господина Банерджи назвал господином Бандерджи, то есть "уважаемой обезьяной". Тот и то меньше орал, чем этот привередливый Филофей».

В родной Задней Азии все было как всегда. Афганский отдел обсуждал, на кого России более выгодно сделать ставку – на Ачакзаев, Баракзаев, Омерзаев, Мандокхелей, Ахмадзаев, Гильзаев, Попользаев, Момандов и Африди, Гулябзоев или какое другое племя, или послать их всех к чертовой матери? Начальник отдела Ирана Шура Сыроежкин, готовясь к поездке в Тегеран в качестве посланника российского посольства, угрюмо листал подсунутую каким-то недоброжелателем книгу Юрия Тынянова «Смерть Вазир-Мухтара», красочно излагавшую обстоятельства гибели в Тегеране царского посланника, автора пьесы «Горе от ума» Александра Грибоедова.

Отдел Малых стран в полном составе уехал в зоопарк брить слона, подаренного правительством Шри-Ланки.