Другие Мы

 – Я откладывала деньги на ее обучение…

– Твоя дочь питается учебниками на завтрак, обед и ужин. Не волнуйся, такой смышленой малышке всегда найдется местечко в колледже. А не выгорит – поработает годок в закусочной у Виктора, узнает, что такое настоящая жизнь, где нужно пахать, чтобы заработать на кусок хлеба. Мечты об ученой степени и будущей карьере только отдаляют ее от реальности и расхолаживают.

– Но она это заслужила, Роберт! – Вспыхивает моя мать.

И я надеваю наушники, чтобы не слышать продолжение этого разговора.

Мне надоели крики.

С тех пор, как Роберт поселился в нашем доме, ссоры стали привычным звуковым сопровождением будней. Мать кажется вымотанной этим эмоциональным безумием, но теперь она, хотя бы, живет: ведь после смерти отца в течение трех лет ходила с отсутствующим взглядом и почти не разговаривала.

Я тогда, понятное дело, переживала не меньше. Когда отец погиб в аварии, мне было всего тринадцать, и мне тоже нужно было внимание, но приходилось быть сильной за двоих и поддерживать маму, ведь она практически ушла в себя.

Сейчас мне семнадцать, и мама немного оправилась после утраты, но и теперь ее внимание направлено куда угодно, только не на меня.

Я качаю головой в такт музыке и тихо напеваю. Мне не хочется, чтобы кто-нибудь услышал.

Я бросила занятия вокалом сразу после смерти отца, и теперь пение под негласным запретом: оно словно бы означает, что у меня все хорошо, но ведь я все еще скорблю по папе.

Папа тогда спешил на мое выступление на школьном концерте. Он очень хотел услышать, как я пою арию Гризабеллы из мюзикла «Кошки».

С того дня я больше не пою на людях. Не могу. В горле становится ком, глаза щиплет от слез, а грудь сдавливает тяжестью. Пою я теперь только вполголоса, и когда никого нет рядом.

– Люси?

Я оборачиваюсь, сдираю наушники. На пороге стоит мама. Она раскраснелась от переживаний.

– Да?

– Ты уже собралась в поездку? – Она спешит ко мне.

– Угу. – Я киваю на маленькую сумку на ремне, на дне которой лежит один комплект сменной одежды, паспорт и несколько смятых купюр. – Там и собирать-то нечего, консультант по перемещениям предупредила, что взять с собой в путешествие мы можем не более полутора килограммов вещей.