Записки дизайнера. Маска

Сейчас здесь царила тишина, однако по облику помещений можно было безошибочно заключить, что здесь начался ремонт.

Навстречу мне с хмурым лицом вышел прораб. По телефону, договариваясь о встрече, я вкратце обрисовала ему ситуацию и сейчас надеялась, что вместе мы что-нибудь придумаем. Видимо, напрасно.

– Полина, что будем делать? – с места в карьер начал он. – Перегородку чем теперь будем облицовывать?

– Хотела бы я знать! Сланец он отверг, и, какая облицовка будет теперь, пока неизвестно.

– А нам что прикажете делать?! – наседал прораб. – Нам Эдуард сказал к вам обращаться.

Он занял «боевую» позицию, широко расставив короткие ноги и уперев руки в боки.

– Поймите, меня тоже застали врасплох этим «новым видением». Шутка ли, больше двух месяцев работы впустую! И столько же теперь, возможно, понадобится на переделку!

– Извините, но это как бы ваши трудности.

Сроки в договоре были действительно строго оговорены, да и прораба по большому счёту тоже можно понять. Он не может оплачивать «простой» своей бригаде. Однако его тон начал меня раздражать.

– У меня в договоре, представьте, тоже и сроки, и пени.

– Тогда я приостанавливаю работу, перебрасываю людей на другой объект, а от вас жду документацию.

И прораб, очевидно, считая разговор оконченным, достал телефон и, бубня себе под нос, начал что-то набирать в нём.

– Хорошо, – я взяла себя в руки, – постараюсь побыстрее разобраться, и, как только у меня будет какая-нибудь информация, я с вами сразу свяжусь.

Прораб, не отрываясь от телефона, кивнул мне, давая понять, что он меня услышал.

Стараясь собрать в кучку свои мысли и чувства, я возвращалась по той же злополучной дорожке из брусчатки к автостоянке и снова то и дело проваливалась в щели между брусчатками.

– Вот чёрт! – пробормотала я вслух, пытаясь высвободить туфлю. – Ну кто же делает такие расстояния между брусчатками?!

Кое-как высвободив туфлю, я медленно доковыляла до своей машины. А набойка так и осталась замурованной между брусчатками.

Усевшись в машину, я набрала номер своего визуализатора Данко.