Серебряный Дым

После того, как действие Дыма заканчивается, Большой Пёс превращается снова в человека, не помня себя в образе собаки. В новостях, конечно, никто об этом не говорил. И руководство ни одной из зависимых стран таких эпизодов не подтверждало. Но в Солинске, где Больших Псов не раз видели своими глазами, о Серебряном Дыме знали хорошо.

– Врачи сделали анализ. Он употребляет Дым уже полгода. Это финиш. Даже если он сам захочет вылечиться, ему не удастся побороть зависимость. Слишком сильное вещество. Его наличие, равно как и его отсутствие, убьёт парня.

– Что он сам говорит? Ему рассказали о результатах крови?

– Да, но мальчик упорно не желает ничего слушать и тем более в это верить. Он только оскорбляет врачей и требует, чтобы его отпустили. Пугает родителями. Я так понимаю, отец у него занимает крупный пост или просто богатый и влиятельный. Я, в общем-то, и пришёл сейчас, чтобы спросить, что с ним делать.

– Отпускать его нельзя. Он не сможет себя сдержать, надышится Дымом и снова пойдёт убивать, превратившись в Большую Собаку.

– А мне – нет. Они сами пьют, вкалывают в себя, дышат всякой дрянью. Нет ни одного зависимого, кто бы не знал, что всё это их убивает. И они всё равно это делают. Они сознательно травят себя, они разрушают свою жизнь, а их жалеют. Бедненькие. Они слабые и безвольные! Им дарована жизнь, а они её не ценят, а просто пропивают или прокуривают. Вот девочку, которую чуть не загрыз этот урод, действительно жалко.

– Поправлю, она знает вкус Серебряной Воды, – Паулина говорила серьёзно, но на улыбке.

– Она вся мокрая была, замёршая и грязная, – Олег как будто не услышал её слов, – Не думаю, что когда она придёт в себя, она расскажет романтическую историю. Скорее всего, будет, как было у большинства наших. Вокруг все пили, и она не смогла с этим смириться.

– Тем не менее, не думаю, что кто-то в неё вливал.

– Но она справилась! Правда, я пока не могу понять, как.

– Ей повезло. Организм выдержал, её иммунитет спас ей жизнь.

Паулина всегда в таких случаях была строга и серьёзна. Она повторяла, что зависимость – не повод для лояльности. И каждый раз она использовала любой момент, чтобы её воспитанники как будто сами доходили до подобных умозаключений, чтобы они сами формировали в себе неприятие зависимости.