Проклятый ректор

 – Я вашу просьбу теперь точно не удовлетворю.

Я очень сомневалась, что она собиралась удовлетворять ее и раньше, поэтому не особенно расстроилась. Хотя у меня накопилось уже столько отказов, что впору было испытать отчаяние. В Лексе стремительно заканчивались преподаватели, которых я еще об этом не попросила и которые не сказали бы свое твердое и бесповоротное «нет». Сегодня я собиралась направить официальные прошения всем оставшимся. Пожалуй, кроме ректора. Встречаться дополнительный раз в неделю с ним, да еще и наедине, мне совершенно не хотелось.

К счастью, до конца лекции Лессандр забыла о моем существовании, но и я больше не рисковала отвлекаться, добросовестно записывая почти каждое ее слово.

После занятия, как я и ожидала, Алек перехватил меня на выходе из аудитории.

– Как ты себя сегодня чувствуешь? – вежливо поинтересовался он.

И вот теперь мне не пришлось изображать ни раскаяние, ни виноватый вид: я действительно почувствовала себя виноватой.

– Прости, что не пришла в субботу.

– Испугалась? – предположил он, весело улыбаясь.

– Наверное.

– Разве я такой страшный?

– Честно говоря, вы на меня все нагоняете ужас, – не стала скрывать я, но постаралась, чтобы это прозвучало как шутка. – Особенно потомки королей.

– А, понятно, кто-то уже просветил, – недовольно откликнулся он, словно стыдился своего происхождения.

– Увы, – я решила поддержать эту манеру.

– Знаешь, мы ведь давно не короли. Очень давно. Все эти расшаркивания и попытки помериться, у кого родословная длиннее, – глупость.

– Я-то с этим согласна! – теперь я поддержала его с искренним энтузиазмом. – Но странно, что ты так считаешь. Я думала, вы все молитесь на родословные, как на древних богов. Ректор Фарлаг, говоря о своем аристократическом происхождении, разве что не лопался от гордости.

Алек рассмеялся. Как всегда искренне и весело. С каждой минутой нашего общения он нравился мне все больше, и я ничего не могла с этим поделать.

– Он имеет на это право, Фарлаги – очень достойные люди.

– Гордиться предками – это, наверное, нормально, – согласилась я. – Но разве может это быть важнее собственных достижений?

– У ректора и своих достоинств хватает, – не сдавался Алек, пока мы шли по бесконечно длинному коридору к другой аудитории. – Лучший выпускник Лекса, самый молодой Мастер Снадобий, талантливый ученый, самый молодой ректор в истории не только Лекса, но и всех учебных заведений.