Призраки белых ночей

А вы вечно обижаетесь, обиды эти копите, интриги плетете, сплетни распускаете. А потом разбегаетесь.

– Бред, – лениво отозвалась Саша.

Гриша насмешливо покосился на нее.

– Может, ты еще и в дружбу между мужчиной и женщиной веришь?

Она пожала плечами.

– А почему нет? У меня есть друзья мужчины.

– Прям действительно друзья? Не приятель, с которым общаешься в общей компании, а друг, с которым ты ходишь куда-то, обсуждаешь проблемы, который готов по первому зову бросить все и прилететь тебе на помощь, ничего не прося взамен, и все прочие атрибуты дружбы?

– Ну да.

– Бред, – передразнил Гриша. – Либо ты мне сейчас врешь, либо, если действительно в это веришь, присмотрись получше. Наверняка этот твой друг только и ждет возможности затащить тебя в постель.

Саша подняла голову, несколько секунд разглядывала профиль бывшего однокурсника на фоне уже светлеющего неба, а затем рассмеялась. Громко, заливисто, до слез из глаз, почти истерично. Если бы Гриша только знал, как он прав! И врет она ему сейчас, и желание затащить в постель есть.

Обоюдное, правда, разбивающееся в прах многими обстоятельствами. Отсюда и дружба.

– Вот вы где! – прервал их женский голос. – А я думаю, кто тут смеется?

На пирсе показалась Лариса Корзун, главная звезда всего курса. Звездила она и сегодня. Единственная из всех, кто явился не в нелепом платье, продиктованном темой, а в узкой юбке и белоснежно-сверкающей блузке, с дорогими украшениями в ушах и на шее, на бешеных каблуках и с макияжем, которому могла позавидовать даже голливудская звезда.

Перед кем она так крутит хвостом, никто не понял, и многие тихо посмеивались за ее спиной. Саша же удивлялась, как она еще не переломала себе ноги.

Не обращая внимания на то, что ей не очень рады, Лариса подошла к краю пирса и посмотрела на Гришу. Тот не двинулся с места, так же молча глядя на нее.

– Ну же, Локтев, подай даме руку! – наконец потребовала она.

Гриша нехотя протянул ей руку и помог залезть в лодку.

Во второй руке Лариса держала бокал с шампанским, к которому тут же и приложилась, не успев сесть.

– О чем это вы тут секретничаете, втайне ото всех? – пьяно хихикнула она.

– Секреты на то и секреты, чтобы всем о них не рассказывать, – парировала Саша.

Она всегда немного недолюбливала Лару, слишком уж та была яркой, шумной, визгливой, ее всегда было слишком много. Она совала нос во все щели и была первой сплетницей на курсе.