Память камня

Чего нам обоим киснуть в этой библиотеке, если тут может понадобиться магическое прикрытие?

Нев продолжал сверлить его удивленным и недоверчивым взглядом, от которого Егору стало не по себе.

– Чего ты на меня пялишься-то? – буркнул он, вставая и отворачиваясь.

– Да просто… удивлен неожиданной заботой о Лиле и Ване.

– На этого бугая мне плевать, – тут же ощетинился Егор. – А за Лилей я, так уж и быть, для тебя готов присмотреть.

– Что ж, спасибо, – немного растерянно пробормотал Нев, наблюдая за тем, как он обувается.

– Да не боись, я не подведу, – фыркнул Егор, хватая с вешалки ветровку. И, повинуясь внезапному порыву, неожиданно добавил: – Но ты бы, вообще, повнимательнее был, что ли. Оглядывался бы чаще. И за женой присматривай, если она тебе действительно дорога.

– Ты о чем? – На этот раз голос Нева прозвучал встревоженно.

Егор уже успел пожалеть о вырвавшихся словах, но раз начал, стоило сказать все, что мог.

– По Ковену разные разговоры ходят. В том числе о тебе.

– Я думал, они потеряли ко мне интерес, когда взяли тебя.

– Меня пока не приняли: место еще не освободилось, но речь сейчас не об этом… – Егор отмахнулся. – Им не ты нужен. Им нужен твой Ангел. А с кем именно придет его сила – с тобой или со мной – им плевать. Сечешь?

Не дожидаясь ответа, Егор вышел из номера, хлопнув дверью.

?

Для проведения интервью Лиле выделили еще одну затронутую ремонтом комнату с большим столом по центру. Здесь, как ей объяснила Арина, помогавшая с организацией, предполагалось вести переговоры с клиентами и подписывать договоры. Так что для опроса потенциальных свидетелей это место подходило, как никакое другое.

Команда у проекта виртуальных приключений подобралась разношерстная и неординарная, что было вполне понятно: проектирование и разработка требовали креативного подхода, а все креативные люди весьма своеобразны.

Однако кое-что их объединяло и роднило: они все заметно нервничали во время разговора. Кто-то пытался скрыть эту нервозность за бравадой и вызывающим поведением, кто-то наоборот, что называется, «делал морду кирпичом», надеясь спрятать эмоции.

Впрочем, все эти волнения не выходили за рамки нормы, какой ее видела Лиля.