Награда для генерала. Книга первая: шепот ветра

На дороге меня будет легко найти и догнать. Повозки варнайцев двигаются очень уж резво, несмотря на громоздкость и тяжесть.

Однако очень скоро стало понятно, что лес если не убьет меня, то искалечит. Ветки то и дело цеплялись за волосы и за одежду, несколько раз я едва не выколола себе глаз, не заметив в темноте хитрый сучок. Ступни уже не чувствовали ни шишек, ни камней, ни веточек, каждый шаг просто пробивал жгучей болью всю ногу. Теперь я шла не по битому стеклу, а как в огне. Еще немного – и уже не смогу наступать.

Я решила все же выйти на дорогу. Если за мной погонятся на повозке, я услышу ее тарахтение издалека и успею спрятаться. Однако там, где должна была находиться дорога, ее не оказалось. Сколько бы я ни шла, мне никак не удавалось на нее выйти.

Ужасное осознание свалилось тяжелым камнем, придавливая к земле: я заблудилась. Возможно, иду вообще не туда, не к Оринграду, а лишь ухожу глубже в лес. Я обессиленно упала на колени, чувствуя, как по щекам катятся немые слезы, а грудь сдавливает и охватывает огнем.

Я с трудом втянула в себя воздух, позволяя громкому рыданию прозвучать в тишине ночи.

Что ж, шанс был мал, я знала это с самого начала. Попробовала и проиграла. Какая разница? Уж лучше так, чем во дворце Великого Магистра. Уж лучше здесь, чем в чужом краю. Пусть мне не удалось сберечь жизнь, но я сберегла честь. Тмар должен быть добр ко мне и забрать к себе уже скоро.

Оставалось только лечь, свернуться калачиком и дождаться этого момента, потому что идти теперь было некуда и незачем.

Да и силы кончились. Зачем терпеть боль от каждого шага? Хотелось лечь, уснуть и больше не проснуться.

Тихое рычание рядом внезапно оборвало мои рыдания. В кустах что-то зашуршало, я вскинула голову, покрутила ею и остановила взгляд на паре горящих в темноте глаз. Варг. Как минимум один. Глаза сразу исчезли, видимо, он уже учуял меня или услышал, но пока не нашел в темноте, осматривается.

Что-то древнее и мощное внутри заставило замереть, затаиться, не издавать ни звука.

Эта нечто было сильнее страха, сильнее боли, сильнее слабости. Желание жить. Жить любой ценой, бороться за каждый вздох до конца. Тмар не послал бы мне такую страшную смерть. Значит, мне было рано сдаваться.

Я снова поползла на четвереньках. Медленно-медленно, едва слышно, прижимаясь к земле настолько, насколько могла. Беззвучно дыша и морщась от боли тоже без единого звука. Лишь отойдя на приличное расстояние, не выдержала, вскочила и побежала.