Месть кровавого жнеца

 – Или правильнее сказать – исчезновения?

– Вот вы с Иваном его и осмотрите, – тут же предложил Войтех.

– А и осмотрим, – кивнул Ваня. – В отличие от вас, я уже даже легенду придумал: хочу купить домик рядом с сестренкой. Узнавал: здесь все заняты, а тут вдруг один освободился. Некрасиво, конечно, так сразу нахрапом лезть, пока еще даже труп не нашли, но тут как в джунглях: кто рано встает, того и тапки.

– Хорошо, обратитесь с этим к местному… старосте, или как там его? И еще нам в сжатые сроки нужно сдружиться с большинством местных.

– Лучше всего для этого устроить вечеринку, – снова предложила Лиля. – Если погода позволит, можно прямо в саду. Ваня как раз наиграется с грилем.

– Благо, повод есть, у вас ведь… что-то вроде новоселья? – предположил Нев.

– Именно, – кивнул Войтех.

– Сегодня уже поздно, ничего подготовить не успеем, да и некоторым из нас не до вечеринки, – Саша бросила многозначительный взгляд на Войтеха, – так что предлагаю перенести ее на завтра. Как раз успеем немного с соседями познакомиться и пригласить их в гости.

Не плакат же на углу вешать.

– Я согласен с Айболитом, – кивнул Ваня, – вечеринку – на завтра, хилых – в постель, а мы с Лилькой – к старосте.

6 мая 2014 года, 15.48

д. Лесная, Богородский район

Нижегородская область

К концу импровизированного вводного совещания Войтех выглядел совсем плохо: нос распух от бесконечного натирания платком, глаза слезились, голос почти пропал, волосы липли к влажному лбу, как будто он только что вынырнул из ванной.

Как и обещала, Саша сразу же заставила его подняться в комнату, чтобы он мог лечь в постель. Он почти не сопротивлялся.

– Надо было начинать тебя лечить еще вчера, как только приехали, – покачала головой Саша, протягивая ему термометр. – Что за дурацкая привычка скрывать от врача свое состояние?

– Что за дурацкая привычка у врачей пилить пациента, когда тот не в состоянии дать отпор? – беззлобно парировал Войтех, садясь на кровать, чтобы померить температуру.

Впрочем, он и так знал, что она высокая. Его кидало то в жар, то в холод, голова болела, и даже рассеянный облачностью солнечный свет причинял боль. – Нет бы пожалеть человека.

Саша, тоже подозревавшая, что температура у него будет весьма высокой, а потому уже копавшаяся в аптечке, подняла голову и улыбнулась.

– Мне всегда казалось, что моя жалость тебя бесит.

– Тебе казалось, – хмыкнул он. В этот момент градусник запищал как сумасшедший.