Избранница

– Вот еще! Не хватало где-то быть второй, – фыркнула Аврора, вскинув голову, отчего волна светлых волос взметнулась вверх, заставив завороженно замереть половину мужчин, сновавших по двору, и быстро зашагала в сторону замка. За ней на расстоянии трех шагов последовали двое высоких мрачных мужчин, выполнявших те же функции, что и Марта, а также трое носильщиков, тащивших за собой объемные чемоданы.

Виолетта снова повернулась к журналистке, нацепив на лицо свою самую милую улыбку, и принялась говорить заранее заготовленную речь, в конце которой пожелала всем конкурсанткам удачи.

– Сойдет? – поинтересовалась она, закончив.

– Вполне, – кивнула журналистка, что-то помечая в планшете. – Проходите, там всех в зале собирают на приветственный бокал шампанского.

На этом журналистка потеряла к Виолетте всякий интерес, снова ткнула в экран планшета и заговорила с кем-то по видео-чату:

– Забранский, перехватите там борзую блондинку в красном, которая к вам идет, напомните ей правила участия и намекните, что если она хотела быть первой, ей стоило притащить сюда свою задницу два часа назад…

Больше Марта ничего не услышала, поскольку голос журналистки, удалившейся вслед за Авророй, потонул в общем шуме.

– Да, Детка, тут с вас всех спесь поотряхнут, – с ухмылкой констатировала она, подталкивая подопечную ко входу в замок. «Деткой» она начала ее звать с первых же дней работы, и со временем это превратилось во что-то вроде клички.

– А с некоторых и не помешает! – отозвалась Виолетта, шагая по усыпанной мелким щебнем дорожке.

– Не передумала еще? – поинтересовалась Марта, идя рядом с ней. – Еще не поздно сесть в низколет и вернуться обратно.

Если бы Марта могла что-то решать, она бы сюда Виолетту ни за что не пустила, но господин Ремешев, по всей видимости, считал, что известность, добытая участием в реалити-шоу, пойдет дочке на пользу. Марта отказывалась верить, что он на полном серьезе готов выдать дочь замуж за вампира, тем более он всегда относился к той немногочисленной категории людей, которые все еще не доверяли им.

– Конечно, нет, ты что? – Виолетта даже остановилась, чтобы посмотреть на своего телохранителя, а затем озорно улыбнулась, как будто они были лучшими подружками: такое отношение к Марте она проявляла крайне редко. – Ты Алекса Шереметьева видела? – Она мечтательно закатила глаза.

– Видела: бледный, болезненный и с неутолимым голодом во взгляде, – фыркнула Марта, явно покривив душой.