Дорогой несбывшихся снов

Он повернул ручку, и дверь со скрипом отворилась, приглашая их в темный холл, из которого пахнуло сыростью и затхлостью.

– Если тут кто-то живет, то он неприхотлив, – прокомментировал Войтех.

– Главное, чтобы тут была еда, – отозвался Ваня, входя в дом.

– Опять ты про свою еду, – проворчала Лиля. – Ты вообще ни о чем другом думать не можешь?

– Я бы тебе не советовала что-то здесь есть, даже если найдешь, – добавила Саша. – Еще отравишься.

Из маленького холла они попали в просторное, но такое же темное и сырое помещение, единственным украшением которого служила широкая лестница с настоящими резными перилами.

– Здесь есть кто-нибудь? – громко спросила Саша. – Эй!

Дом поначалу ответил тишиной, словно даже эхо тонуло в его мрачных стенах, а потом наверху как будто что-то хрустнуло или стукнуло. То ли упала какая-то мелочь, то ли ветка растущего рядом дерева ударилась о стену.

Войтех заглянул в одну из дверей, обнаружив за ней просторную гостиную. И хотя луч фонаря выхватил из темноты какую-то мебель, комната не выглядела жилой. Тогда он вернулся обратно и посветил на ступеньки лестницы.

– Тут явно давно никто не прибирался, – констатировал он, – но кто-то недавно поднимался и спускался по этой лестнице: пыль стоптана, а грязь довольно свежая.

Ваня опустил взгляд на собственные ботинки, к которым прилипла не только грязь, но и прошлогодние сухие листья, не сгнившие за зиму, а затем тоже посмотрел на ступеньки.

– Значит, нас не будет мучить совесть за то, что мы тут натопчем, – усмехнулся он. – Давайте посмотрим, что там наверху. Иди первым, – кивнул он Войтеху. – Но имей в виду, если там наши двойники, только попробуй выстрелить в моего.

Войтех хмыкнул, с трудом подавив усмешку. Он даже не знал, что будет делать, если они действительно встретят самих себя. Возможно, просто свихнется.

Они медленно и осторожно поднялись по лестнице, которая натужно и, как казалось Войтеху, оглушительно скрипела в тишине дома. Наверху все было так же: темно, сыро, запущенно. Все двери в комнаты оказались закрыты, но через щель под одной из них пробивался все тот же тусклый свет, поэтому он шагнул к ней и осторожно отворил.

За дверью обнаружилась небольшая спальня. Войтех почему-то подумал, что когда-то она принадлежала ребенку.