Добровольно проклятые

В любом другом месте, вероятно, это ничего не значило бы, но в Хабрувке никто и никогда не шел мимо его дома. Просто некуда было здесь идти.

– Ленка? – позвал Иржи, по пояс высунувшись в открытое окно.

Но никого не увидел. На улице был лишь тихий вечер, темный и безлюдный. Как и всегда.

Иржи едва успел закрыть створки, как что-то хлопнуло в холле. Один раз, другой. Все еще держа в руках банку не то с каким-то овощным соусом, не то с заготовкой, Иржи вышел из кухни, прислушиваясь. Оказалось, что стучит входная дверь, которую он не закрыл: ветер качал ее из стороны в сторону, и она билась об косяк, но почему-то не захлопывалась.

Пришлось ей помочь. И после секундного раздумья Иржи даже щелкнул замком, запирая ее. Чтобы Ленка не смогла войти сама, если вернется.

После он вернулся на кухню, поставил потеплевшую банку на место, допил пиво и достал из холодильника новую бутылку, холодненькую. Исключительно для облегчения ожога. Прихватил крекеры и хлопья, отправился в гостиную и уселся в любимое кресло перед телевизором.

Вот так даже лучше! Никто не пилит, не дергает. Можно спокойно щелкать каналами и потягивать пиво. И никакая яичница вообще не нужна!

Иржи и сам не заметил, как задремал в кресле. Проснулся внезапно, как будто кто-то в плечо толкнул. Канал, который он смотрел, успел закончить вещание, поэтому на экране остались только помехи. После двух бутылок пива ужасно хотелось в туалет, но разбудило его не это.

Кто-то как будто лазил по крыше его дома. Второго этажа здесь не было, только небольшой чердак, где Иржи хранил всякое старье, которое пока было жалко выбросить.

Но он был совершенно уверен, что грохот доносится не с чердака, а именно с крыши: на чердак-то никто забраться не мог.

– Это еще что? – пробормотал Иржи, растирая глаза и прислушиваясь.

Грохот внезапно стих, как будто тот, кто ходил по крыше, спрыгнул с нее. Иржи тяжело поднялся из кресла – расслабленное тело еще не до конца проснулось и плохо повиновалось – и подошел сначала к окну, но вновь ничего не увидел.

Ни из гостиной, ни из кухни. Спальню он проигнорировал, сразу вышел на крыльцо, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь.

Все было тихо. Только деревья шумели за домом да впереди светились уличные фонари деревни. Рядышком возвышалась башня – антенна сотовой связи, – наверху которой краснели габаритные огоньки, а чуть ниже…

Иржи прищурился, всматриваясь в темноту. Точнее, в пятно, темневшее почти на самом верху башни.