Одна ночь – Две тайны

– Да, наверное, ты права, – уклончиво отвечаю.

Сторонюсь женщину и шагаю к кабинету, откуда должна выйти Света.

Альбина бежит за мной вдогонку. Каблуками цокает о бетонный пол, волосы назад.

– В общем, к чему я это? Я назначу Светлане лечение, а вам как будущему мужу, советую следить за ее своевременным питанием, иначе она больше никогда не сможет родить, – бросает камень в мой огород.

Ей только волю дай, она меня с ног до головы камнями закидает.

– Если запустить, то это может привести не только к бесплодию, но и к более печальным последствиям.

– Я за всем этим прослежу, – отмахиваюсь от женщины. – Я найду способ помочь Свете.

Горделиво вздернув нос, Альбина бросает на меня убийственный взгляд, а затем скрывается за дверью своего кабинета.

Что, черт возьми, происходит?

Слышу позади меня носом шмыгают. Я голову вполоборота разворачиваю. Света стоит, откинувшись на дверь кабинета, из которого только что вышла.

Лица на ней совсем нет.

– Вам уже сказали, да? – спрашивает она, смотря себе под ноги.

О, да! И мне не терпится узнать что ты от меня скрываешь!

Почему? Почему Света не сказала мне, что у нее уже есть дети?

Наверное, потому что вопрос был задан мною не совсем корректно.

Я ведь спросил о наличии детей, а не о том, рожала ли она в принципе.

Нет у нее детей. Ввиду своего безвыходного положения она была вынуждена отказаться от них при рождении, чтобы спасти им жизни.

А не призналась мне, потому что стыдно по сей день. Поступок совсем не красит ее.

Совесть загрызла, вот и не рассказала. Посчитала, что я сделаю из этого выводы и прогоню ее.

Зная себя, я мог выгнать безответственную, ведь тогда еще не знал точную причину, которая привела Свету к скитанию по улицам без средств к существованию.

Сейчас мне нужно постараться не усугублять ситуацию. Не напоминать ей о детях.

Для начала необходимо поправить ей здоровье, да с ушлой мачехой разобраться.

Захочет, сама расскажет о сыновьях. А не расскажет – плевать. Меня это не должно волновать.

Я документ у нее из рук забираю, забрасываю свою лапищу ей на плечо и к себе притискиваю. К выходу веду.

Пора уже убраться из этого места.

– Сказали, – говорю как есть.

Взгляд на меня извиняющийся поднимает, а в глазах слезы накапливаются. Не может долго смотреть на меня – опускает голову, давая слезам упасть на грудь.