Сказки Заманулья

На входе около дверей стояла стража, которая даже принцу задала несколько вопросов. Принц поклонился и ответил, слов этих Хельга не разобрала, но, очевидно, это было что-то вроде пароля.

Они влетели внутрь.

– Дальше можно и пешком, – сказал Альфар и бережно опустил Хельгу на каменный пол. Она сразу поняла, что полом для замка была скала, да и весь замок – это огромное, очень красивое гнездо. Лихо придумано, что ни говори. Они долго шли по изящному коридору, сложенному из миллиардов тонких палочек.

– Альфар, а у меня вопрос, но мне правда уже и самой он кажется немного глупым.

– Так в этом нет ничего плохого, вместе посмеемся, коли так. Спрашивайте, графиня. Все и все здесь к вашим услугам.

– Из всех соколов, которые, – она хотела сказать «ненормальные», но вовремя себя исправила, – которые необычные, руки я видела только у тебя, – закончила робко Хельга.

– Ну?

– А кто тогда все это нарисовал?

– Люди.

– Здесь были люди? – удивилась Хельга.

– Не просто были. Много всего хорошо сделали, золотое это было время. А вот и твоя комната, – он показал Хельге вход в комнату. – Прошу, графиня.

Комната была просторной, с огромными окнами, выполнена в цветах светлого дерева. Хельге она очень понравилась. В ней было все обустроено, как для человека: кровать, стол для письма, шкаф для одежды. В углу комнаты стояла витрина из прозрачного стекла. Глядя на нее, Хельга замерла.

– Что это? – не скрывая восторженного удивления, прошептала Хельга.

– Теперь уже мои крылья – это не самое прекрасное, что ты видела в жизни? – подмигнул ей Альфар.

– Даже не знаю, нельзя такое сравнивать, – все прекрасно: и крылья, и платье.

– Больше ста лет тебя дожидалось, – игриво продолжил Альфар. – Примерить не желаешь?

– Я?

– Ну не я же? Мне и своего оперения хватает.

Хельга подошла к шкафу, его двери сами распахнулись. В следующий миг сарафан Хельги рухнул, сделав ее абсолютно обнаженной, и платье мгновенно само село на нее. По телу пошло непонятное покалывание, странное ощущение, но не боль, а после Хельга поняла, что она вновь не чувствует под собой земли. Теперь платье парило вместе с ней. В нем она ощущала небывалую до этого силу, будто у нее появились крылья.