Вселяю любовь

Стерпеть такое вредительство я уже был не в силах, поэтому пришлось поменять тактику и перейти к ближнему бою. Сначала упал на колени, а потом аккуратно выбил фолиант из рук нашей грозной госпожи и постарался сделать так, чтобы книга приземлилась в безопасное место, на кресло.

К счастью, этот маневр удался. Как и следующий, когда я уложил аолу на пол и зафиксировал её пышное буйное тело своим весом.

А что делать дальше, я не знал.

– Любавия, – судорожно выдохнул я, не зная, какими жестами или мимикой объяснить этой леди, что я должен её порезать – для нашего дальнейшего общения.

Клинок к этому времени уже вылетел из моих рук и валялся неподалёку, а ладони были заняты тем, что удерживали запястья Любавии над её головой.

К счастью, Линар сообразил, что нужно делать: оставил бесполезные попытки очистить себя от чернил и подобрал нож.

Должен признать, он выглядел жутковато с этим синим перекошенным лицом и искривлённым лезвием в руках.

Не знаю, что именно выпалила нам эта дама, я даже не смог разобрать. Кажется, про мать какого-то Кузьки, которая ищет, где зимуют раки. Не понял, что она имела в виду, но её эмоциональная речь принесла свой результат: на нас неожиданно накинулся котёнок!

Кажется, пушистая варежка уже причислила рыжую защитницу в свои пусть не матери, но очень близкие родственницы. И ринулась на помощь.

Впервые в жизни увидел, как котёнок атакует дракона… Пушистик находился в ярости, дракон был в шоке.

– Уйди! Сгинь! Отцепись! – крутился на месте Лин, пытаясь аккуратно оторвать кусачее чудо от своей плоти.

Любавия выдала целую тираду, которую я понял как: «Не трожь котёнка, скотина рептилоидная!» – и ловко зарядила мне коленом в пах.

Больно-то как, бездна!

Я охнул от боли, Лин продолжал крутиться и уже начал порыкивать, котёнок висел на ухе и всеми лапами метился в глаз неприятеля.

Я был настолько потрясён всем происходящим, что даже не понял, какая сила схватила меня за шкирку и отшвырнула от Любавии в стену так, что на мраморном покрытии осталась вмятина.

– Что здесь происходит?! – от громкого рыка Доменика у меня зазвенело в ушах.