Только не дракон!

*

Тайлерис

*

Поверить не могу, что Кристина пошла ради меня на такое… Я словно зачарованный смотрел, как она подходит к столу, обнажает попочку и ложится на столешницу. Её напряжённая, такая беззащитная фигурка в валенках была настолько трогательной, что у меня защемило сердце.

Но душа при этом кровоточила: благодаря брачной метке я особенно остро чувствовал все эмоции жены и улавливал её стыд, напряжение и ожидание боли. Она сжалась в комочек на этом столе, предлагая мне себя, чтобы избавить от будущего позора, и мне хотелось выть от досады.

Меня с головой накрыла целая буря эмоций, но всю горечь, досаду, благодарность и восхищение перекрыло одно, самое сильное чувство, которое опалило меня изнутри.

Любовь.

Я вдруг чётко осознал, что не просто обожаю эту хрупкую красавицу, ставшую мне родной, а очень сильно люблю её каждой клеточкой тела. До боли.

Подойдя вплотную, я не удержался и погладил восхитительно-персиковые обнажённые половинки – настолько тёплые, мягкие и кашемировые, что захотелось покрыть их жадными поцелуями и как можно скорее ворваться внутрь.

*

Кристина

*

Ощутив широкую и тёплую мужскую ладонь на своих ягодицах, я инстинктивно задержала дыхание и напряглась ещё сильнее, понимая, что за этим последует.

Но Тайлерис меня удивил, и очень сильно. Стащив со стола, он снова меня обнял, да так, что всё моё тело наполнилось эйфорией. От него словно исходили невидимые волны, которые укутали меня с ног до головы горячим карамельным теплом и вызвали неожиданное чувство лёгкости и восторга.

Не знаю, что это была за магия, но мне очень понравилось. Я моментально расслабилась, а когда муж принялся нежно поглаживать меня по голове – ласково, словно ребёнка, я окончательно растаяла счастливой лужицей и обмякла в его руках.

Тай усадил меня на край стола, решительно освободив от валенок, колготок и трусиков, затем молниеносно, как фокусник, сдёрнул с моих плеч огромный шерстяной платок и быстрым движением расстелил его на столешнице.

Один удар сердца – и вот я уже лежу ровно на мягком платке, а сверху, пожирая меня счастливым обожающим взглядом, надо мной нависает Тай, накрывший моё тело своим.