Только без глупостей!

Поверить не могу, что я – Лексиан Эдельвир – докатился до такого.

Надо как можно быстрее придумать, как обрести свободу и вернуться домой.

Дом… Тоска и боль горьким пламенем опалили внутренности. Смогу ли я когда-нибудь вернуться?

Пока что у меня не было ни малейшей идеи, как это сделать. Всё, что я мог – не сильно нарываться на неприятности и собирать информацию об этом мире и моей госпоже. У неё есть магия. Вдруг она сможет вернуть мне моего дракона?

Вообще в этой девушке было что-то очень странное.

Её запах и внешний вид были мне приятны, но не настолько, чтобы терять голову. И при этом меня разрывало от ревности, как мышь в колбасной лавке, когда песец к ней прикасался. Все внутренности начинали вопить: «Не трожь! Она моя!». И лишь подавленный голос разума спускал меня на землю, подсказывая: успокойся и остынь.

Будь у меня дракон, я бы решил, что это его проделки. Что его каким-то образом переклинило на этой барышне.

Например, как сейчас – когда я держал это хрупкое наглое чудо в своих объятиях. Хотелось прижать девушку к себе и никому не отдавать. И более того: я жаждал её поцеловать!

Поздравляю, Лекс, ты всё-таки свихнулся. Проблемы тебя догнали, добили и вконец разрушили молодую неокрепшую психику.

Девушка тихонько вздохнула, поморщив носик. Наверное, я ошибся, и она не в обмороке.

Я любовался её лицом всю дорогу. А когда бешеный кролик довёз нас до места, с улицы раздались крики и звуки падения тяжёлых брёвен. Видимо, местные оценили новый вид хозяйского коня.

В карету быстро заскочил брюнет лет тридцати. Короткие волосы, смазливое лицо, мышечная масса присутствует. Дамочки таких любят.

– Госпожа! – кинулся он к Авилике и с суровым лицом развернулся ко мне: – Что ты с ней сделал?

– Ничего, – пожал я плечами.

Взглядом во мне пробуравили обугленную дырку.

– Нет, не надо. Значит, новенький? – сухо спросил он.

Я кивнул.

– Ясно. Я Дайрон. Управляющий. И главный по гарему. Слушайся меня во всём, и мы избежим многих неприятностей. Ты всё понял? – строго произнёс этот тип.

– Всё, – лаконично отозвался я.

Несмотря ни на что, он не вызывал у меня антипатии.