Сиренити

Что ж, красивый, сильный, высокий, вежливый и благодарный. Всё не так уж и плохо. В голову прилетела мысль, что я уже через несколько минут окажусь в его объятиях, и щёки вспыхнули предательским румянцем.

Глава 2. Условия

Макс

*

Поспешно подписав все бумаги и всё ещё приходя в себя от шока, я вышел из камеры смертников вслед за королевой. Вот уж и правда, пути судьбы непредсказуемы, как солнечные зайчики: сегодня прыгают по комнате, а завтра поджигают дом.

Посмотрим, как сильно разгорится пламя моей победы.

В коридоре невольно вспомнилась ещё одна поговорка: свита делает короля. В моём случае – королеву. Около двадцати гвардейцев вытянулись по струнке, пропуская вперёд свою госпожу, готовые при малейшей опасности порвать за неё любое существо на планете. Что ж, прекрасно их понимаю.

Некоторые посмотрели на меня так, словно я у них сто золотых занял и отказываюсь отдавать. Зависть как она есть. Но я уже давно перестал обращать внимание на мнение общества и пересуды.

*

Сиренити

*

Макс шёл за мной по пятам, а я улавливала его волнение и то, как мои телохранители нервно дышат ему в затылок. Почти каждый из них, за редким исключением, мечтал сейчас занять его место. Забавно…

– Ваше величество! – неожиданно подскочил ко мне один из них, по совместительству мой связной. – Вас вызывает король Ксандрии, – голос кареглазого брюнета дрогнул, когда он протягивал мне видеофон.

– Игнор! – ледяным тоном отрезала я.

Прекрасно знаю этого высокомерного гнусного типа и представляю всё, что он собирается мне сказать. Мои нервы сейчас и так на пределе, чтобы ещё выслушивать его угрозы и оскорбления. Макса я ему ни за что не отдам!

*

Макс

*

Стража осталась в коридоре, а мы с Сиренити вошли в небольшое казённое помещение. В глаза сразу бросились два припаянных к полу металлических стула в центре и высокий хромированный стол с разложенными на нём бумагами и непонятными предметами.

У окна, закрытого решётками, стоял высокий человек лет пятидесяти, в чёрном бархатном одеянии.

«Юрист Корпорации», – сразу понял я.

– Ваше величество, Максимилиан, – повернулся к нам задумчивый седовласый мужчина и тут же согнулся в поклоне перед монаршей особой, – прошу вас, присаживайтесь.

Я видел, как по лицу Сиренити промелькнула лёгкая брезгливость, но она всё же опустилась на сиденье. И сделала это с такой грацией и достоинством, словно садилась на трон.