Дикая кровь

– Я оказалась на том берегу совершенно случайно, мы с сестрой сбежали из дома и…

– Еще раз услышу вранье о сестре, и ты пожалеешь, – проговорил Дедрик таким тоном, что у Лорелей, несмотря на теплый день, по спине пробежали мурашки. – Я знаю, что тебя ко мне подослал Вольф, потому ты и набивалась мне в любовницы в том трактире.

Лора хотела возразить насчет любовницы, ей и в голову бы такое не пришло, но не рискнула спорить и потому взмолилась:

– Клянусь Траммом, я не знаю никакого Вольфа, ваша милость.

Прошу, поверьте мне. Если я лгу, пускай прямо сейчас меня поразит громом.

– Ну хорошо, может ты и не врешь и с тобой говорил не сам Вольф, а кто-то из его слуг, – лениво отозвался он. – В это я готов поверить. Сколько они тебе заплатили? Я дам вдвое больше, и помогу тебе бежать из Тотенвальда. У меня есть связи по всему королевству. Куда ты хочешь? Шварцштайн, Вайсберг? Или может Фейремир? Там мягкий климат и очень красиво.

Лора умолкла. Она всё еще не понимала, о чем он толкует и за что именно сенешаль готов дать ей свободу? Ах, если бы знать, то Лорелей могла бы воспользоваться его щедростью и уехать, как и мечтала в Шварцштайн.

А тем временем, белый конь уносил её все дальше и дальше от озера и сестры. А что, если Элли испугается и полезет в озеро искать Лору и утонет? От отчаяния горло сжалось, и она шмыгнула носом.

– Не смей плакать, – тут же сказал Диди. – Ты меня не разжалобишь. Лучше подумай о том, что тебя ждёт если не согласишься мне помочь.

Твой покровитель никогда не узнает о том где ты. Я брошу тебя в темницу, и ты останешься там навечно.

В его голосе не было и тени злобы, даже такие жуткие вещи Дедрик говорил мягко, словно увещевал капризного ребенка. Он вообще производил неоднозначное впечатление, воспитанный, холеный, благоухающий дорогими духами, в изысканном наряде и на породистом скакуне, при этом лицом он ничуть не походил на аристократа, а скорее на тех самых разбойников, о которых писали в сказках.

– Но за что?! Ваша милость, я ведь ничего не сделала, – слезы против воли покатились по щекам.

– За Древнее колдовство, например, – шепнул он прямо ей на ухо.

– Но я же не виновата, – она снова всхлипнула.

– Я знаю, но разве только виновных казнят на площадях? – он отстранился и пришпорил коня, а Лора до боли закусила губу чтобы унять слезы.

Вскоре тропинка вывела их на широкое поле, заросшее цветущим клевером и желтой донной травой.