Небо на двоих

Страшно подумать, к тому времени, когда я расплачусь с ней, мне будет сорок!

Конечно, родители мне помогали, но все же заёмщиком была я, поэтому старалась самостоятельно расплачиваться с кредитом.

Маринка часто подтрунивала над моим приятелем Мишей. Собственно, он был единственным парнем, которого я представила Марине. Наверное, мне было его не жалко.

Наши отношения с Михаилом застыли на точке вялых поцелуев еще на первом курсе филфака. Я их не развивала, потому что Михаил меня не интересовал как мужчина.

Он и, правда, был какой-то вялый, как замороженный. Даже пальцы и губы были холодные.

Причину продолжения нашего «романа» с его стороны я понять не могла. Если хотя бы признался, что меня любит или, что я ему нравлюсь. Нет, ничего такого он не говорил. Просто звонил и сообщал: «Завтра встретимся». Я отвечала: «Хорошо». И мы встречались у метро. Он провожал меня до дома. Через год таких встреч, стал провожать до квартиры. Иногда я перезванивала ему и говорила, что завтра не смогу, тогда он отвечал: «Хорошо».

Оживлялся он только тогда, когда мы с ним говорили по-французски. Читал мне стихи Рембо и Верлена. Наверное, это нас и сблизило. А, возможно, он держал меня для практики французского. Мы с ним несколько раз целовались, но в эти моменты он, видимо, начисто забывал чувственных французских поэтов и представлял себя айсбергом.

А еще мы приглашали друг друга на вечеринки, на которых обязательно нужно было быть с парой, иначе поженят или выдадут замуж.

Так, он был познакомлен с Маришкой.

Да уж, странноватые отношения. Теперь мне уже кажется, что у нас с ним сложился хороший такой тендем «практикуясь во французском – защитимся от брака».

На самом деле, кроме Миши у меня были и другие парни: любовь со сносом крыши, страсть с выносом мозга (разные люди, чтобы было понятно), но о них я Маринке не рассказывала.

2

Марина подняла меня с кровати, поэтому после нашего разговора я собиралась спать, но всё же решила взглянуть одним глазком на тех, кому завтра буду переводить.

Залезла во всемирную сеть. Набрала название группы. И понеслось.

Коллектив оказался тинейджерской группой, состоявшей из двух братьев-близнецов – Зильбера и Купфера Раммельсбергов (причем имена при транслитерации безбожно перевирались, я даже не сразу поняла, что один Серебро, а второй Медь), и их одноклассников Матиса и Гюнтера.