Игнис. Пепельный Хребет

Но он упёрся, ведь эспа – это не только слава пламенного народа, но и его сила. А любая сила, как знаешь, может быть использована против ее врагов… К сожалению, ты понимаешь, чем обернулись наши попытки.

– Моя мама ведь истлела при родах? – уже ничему не верил мальчик.

– Верно, при родах, – облегчил жизнь юнца Кристоф, – А одному мне никто не поверил… Перед смертью Эилин, мы с ней толком не общались. Кайон начал что-то подозревать. Он разделил нас. Запер меня в лаборатории, а твою маму в замке… Но я не думаю, что она сдалась.

Эилинора была сильной женщиной. Она наверняка предприняла что-то, по крайней мере, пыталась предпринять, а потом эта ночь… – внезапно он рассмеялся, – Теперь остаётся лишь гадать.

История разлада глубоко тронула Раяна. Мозаика в его голове сложилась, и теперь он мысленно обязался объединиться с Кристофом против его врага, но чем же он мог помочь?

– Тогда что же нам делать?

– …

Мальчик вопросительно глядел на мужчину. В голову не приходило ничего интересного.

Он глубоко задумался, тихо замычав для усиления мыслительного процесса, вспоминая сегодняшний день, отца, брата и весёлые приключения отважной троицы, но всё ещё ничего примечательного.

Затем Раян окунулся ещё глубже – в раннее детство, в постоянные подтрунивания его одногодками, в немые издёвки взрослых, окрестивших маленького принца неудачным вложением, а всё из-за слабости мальчика, его болезненного неумения пользоваться огнём и странного цвета волос. Принц до сих пор помнил, как прятался от недоброжелателей в саду, в спальне матери, в тайном, даже для Томаса убежище за внутренней панелью шкафа.

«Стоп, убежище!» – наконец вспомнил юноша, молча извлекая скомканное письмо из штанин, бесполезное для него, но, возможно, служащее подсказкой в важном деле Кристофа.

Мужчина не стал спрашивать. Он просто взял протянутое ему послание и стал пристально его изучать, изредка удивлённо восклицая.

– Где ты это нашёл? – с дрожащими руками спросил мальчика Кристоф.

Раян виновато молчал, перебирая взглядом распустившиеся розы. Не расспроса он ожидал от именитого учёного столицы.

– Да не буду я тебя ругать, просто скажи, – обнадёжил мужчина.

– Сначала ты скажи. Скажи о чём там написано! – поставил условие маленький принц, резко, но аккуратно выхватив смятую бумажку из рук собеседника, – Ты ведь можешь читать эти символы. Я точно видел! – возмутился он, выпятив вперёд обиженный подбородок.