Гармония cердца. Под властью алых нитей

Стены выкрашены в цвет слоновой кости, за белоснежными шторами прятался маленький балкончик, выходящий на задний двор, справа стояла большая кровать, застеленная бежевым покрывалом, с кучей разноцветных подушек, около окна стоял письменный стол из тёмного дерева (это единственный предмет, который был тёмного цвета), слева находились две двери.

Одна, что была ближе к входной, вела в личную ванную. Белый и золотой – ее основные цвета. Довольно большая ванная, золотистый махровый коврик подле, справа от неё раковина, над которой весел шкафчик со встроенным зеркалом, унитаз стоял напротив, у другой стены (хорошо, что он не золотой!).

Другая, что ближе к балкону, была входом в глубокую «нору». Иначе я её просто назвать не могу. Просто. Огромная гардеробная с кучей пустых полок и вешалок.

Да у меня даже столько одежды не наберётся…

Единственным минусом было отсутствие личного мини-холодильника, иначе я бы и носа своего из комнаты не показывала этой семейке. Жила бы спокойно в этих четырех стенах и не знала бы бед.

– Алло, пап? – я поднесла телефон к уху, – Я уже приехала, – тепло улыбнулась, упав на мягкую кровать спиной.

С ним мне было намного приятнее общаться, чем с Нейтоном или Лайлой. И это было очевидно…

– Я думал, ты позвонишь мне раньше, чем доберёшься до дома, и попросишь забрать, – весело смеётся он, но я слышу в его голосе сонную хрипотцу.

О, нет! Я забыла про разницу во времени! Сейчас в Токио глубокая ночь. Какая же я бестолковая!

– Да, я хотела, – нервно смеюсь я.

– Но Нейт тебя остановил, верно? – его голос всё такой же ласковый, как если бы мы всегда были одной семьёй, и никаких несчастий не случалось.

Я знаю, что он до сих пор их любит. И Лайлу, и Нейтона. Но всё равно не понимаю, почему…

Почему он так добр к ним? Они бросили нас. Выбросили как ненужный мусор. Мы им не были нужны… О нас забыли, как о старой сломанной игрушке…

Я киваю – он не мог увидеть этого – но на большее я была не способна – слезы подступили к глазам.

Но всё в прошлом!

Я не могу теперь быть настолько неосмотрительной. Ни Лайла, ни Нейтон, ни даже папа. Никто… никто не должен узнать об этом…

– В детстве ты всегда слушала брата больше, чем нас с мамой, поэтому я догадывался, что так всё сложится.