Свет твоих глаз

Скворцов, отпустив вымытого Найджела, пошел наверх и спустился ровно к восьми – с влажными волосами, снова в джинсах и в пуловере

– Накрывать на стол? Завтрак готов! – поприветствовала его я.

– Да, давай поедим. Ты накладывай, а я пока Найджелу сухариков насыплю.

Я принялась раскладывать по тарелкам гренки, омлет и сосиски. Эд достал из кухонной тумбы огромный пакет сухого собачьего корма, зачерпнул оттуда пластмассовым стаканом, и тут домофон издал громкую трель. Я вздрогнула. Вопросительно уставилась на Эдуарда.

Эд выглядел не менее озадаченным, чем я. Быстро высыпал сухарики в миску Найджела. Двинулся к двери, возле которой уже приплясывал, поскуливая и время от времени негромко гавкая, его пес. Спросил в микрофон коротко и не слишком приветливо:

– Кто?

– Дед Пихто в старом пальто, – хрипло засмеялся домофон мужским голосом. – Пустишь?

– А у меня есть выбор? – Эд нажал кнопку, впуская гостя, и клацнул замком, после чего спокойно пошел наливать воду в собачью миску.

Гость поднялся на пятый этаж быстро и ничуть не запыхался. Вошел без стука – просто толкнул дверь. Найджел оторвался от миски с кормом, помчался здороваться. Похоже, пес хорошо знал этого молодого мужчину с каштановыми волосами и серо-зелеными глазами.

– Привет, парень! – высокий, ростом под метр девяносто, незнакомец присел перед лабрадором, потрепал его по холке и за ушами. – Ты, как всегда, приветливее своего хозяина.

Эдуард подошел, поздоровался с гостем за руку и даже слегка приобнял за плечи.

– Какими судьбами, Тим? – спросил ровно.

– Мама Вика велела приглядывать за тобой, пока сама в отъезде. Так что вот – освободился с дежурства и решил заскочить к тебе, выполнить братский долг.

Тут я поняла, отчего Тим показался мне похожим на Эда. Похоже, это его младший брат. Не зря же он Викторию мамой Викой называет!

– Проходи.

– Та самая домработница, которую нашла для тебя наша мать? – Тим перестал улыбаться, воззрился на меня изучающе.

Мне захотелось съежиться под его цепким прохладным взглядом, но я стиснула зубы и, наоборот, еще больше выпрямила спину. Пусть я в этом доме всего лишь прислуга, но относиться к себе пренебрежительно никому не позволю.