Витки вселенной

– Что за дьявольщина? – в полном непонимании фыркнул обескураженный Ру, оглядывая бетонный пол в поисках каких-либо следов и ничего не находя.

– Думаю, время или реальность несколько изменились, – ответил Таафф. – Вернемся в дом. Надо потолковать.

Когда все в некоторой растерянности вновь расположились в гостиной, палевый прислонился к стене и скрестил руки на груди, продолжая что-то тщательно обмозговывать.

– У меня есть одна теория, – произнес он, наконец, озабоченно. – Я еще ни в чем не уверен, надо многое выяснить.

Но могу сказать одно: время или пространство перестали быть привычными. В их течение явно кто-то грубо вмешался. И я догадываюсь, чьих это рук дело. Потому что на Земле такое не подвластно абсолютно никому.

– Дива Уронго?! – с отвращением и неверием одновременно прошипел бурый, агрессивно прижимая вислые уши.

– Возможно, – сдержанно хмыкнул палевый, чей кончик носа тоже презрительно дернулся. – Мы все прекрасно знаем, на что способна их каста. Кроме них, больше некому отважиться на такое.

– Даже странно, что Солеа не у них, – зловеще, с горькой усмешкой пробормотал Эрб и, не глядя ни на кого, ринулся на кухню, чтобы налить себе воды из-под крана.

– Думаю, Соледад пока что в безопасности, – уверенно покачал головой Таафф. – Но если мои догадки окажутся верными, то она сейчас хоть и здесь, но в то же время очень далеко от нас. Каталина, одолжи мне, пожалуйста, телефон, я должен кое-что спросить у нее.

Видимо, никто кроме палевого ничего не понимал в происходящем, поэтому все с нетерпением замерли, наблюдая, как он сосредоточенно набирает сообщение.

Через несколько минут активной переписки на лице Тааффа впервые появилась легкая улыбка, тронувшая уголки коричневых губ, и он, потерев лоб, обратился наконец к друзьям:

– Соль, как и мы, несколько в шоке и просит прислать ответную фотографию.

Пока Каталина снимала вставших рядом террианских мужчин и отправляла фото подруге, Таафф поведал о своих догадках и информации, полученной из переписки.

– Соль действительно находится у себя дома. Теперь мы убедились, что пишет нам именно она. Говорит, что очень переживала из-за нашего с Эрбом исчезновения. Как, собственно, и мы за нее. По ее словам, в Барселоне осталось очень мало людей, и город пустеет с каждым днем, будто все куда-то постепенно разъезжаются. А вот наш Глуурурк и вся его братия на месте – клиники, конечно, закрыты, но завод в Виладекансе и не думал останавливаться.