Витки вселенной

 – Прокалывается кожа, под ней раскрывается запирающий механизм, и все. Но снимать я бы не рискнул, шкуру жалко, – и он неспешно приподнял голову, подставляя ее прямо под ладонь Каталины.

– Ты сумасшедший… – шепнула она и интуитивно зарылась пальцами в его чернильную копну.

Черт! Что она вообще делает? Это уже совсем не спасительный дружеский массаж, и ерошить его шерсть и оглаживать затылок вовсе неуместно. Но ладонь против воли вновь прошлась по лохматому загривку. Он оказался неимоверно густым, немного жестким и совсем не походил на человеческие волосы.

Черные пряди скользили под пальцами и щекотали своей незнакомой и удивительной структурой. Таафф медленно повел головой, желая направить ее ладонь туда, где было наиболее приятно, и едва слышно пробормотал незнакомые ей тягучие слова. Но стоило девушке подняться выше, к самой макушке, как он сбивчиво выдохнул:

– Оссиконы… не трогай…

Каталина замерла и поспешно отдернула руку. Все же жгучие рожки не внушали ей никакого доверия. Тактильный контакт разорвался, и Таафф сделал долгий и шумный вдох, возвращаясь из состояния прострации и неги.

Он медленно выпрямился, и на его лице ясно читалось благодарное облегчение.

– Что это было? Что ты со мной сделала? – тихо и немного удивленно поинтересовался он, пошевелив поврежденным плечом и не обнаружив, видимо, прежних болезненных ощущений.

– Я немного размяла твои затекшие мышцы, а что? – несколько смутившись, переспросила Каталина. – Тебе было некомфортно? Я причинила тебе боль?

Таафф наконец открыл глаза и в замешательстве поднял на нее рассеянный взгляд, полный недоумения.

Он вновь дернул плечом, а потом встряхнул оссиконами, но явно не получил ожидаемого результата.

– Что это?.. – растерялся он. – Как такое возможно?

– Да что происходит?! – не на шутку напряглась Каталина, уже тысячу раз пожалев, что не ушла сразу к себе в спальню.

Таафф осторожно взял ее за запястье и, помедлив пару мгновений, поднес ее ладонь к своей макушке, кладя поверх рожек.

Они оказались еле теплыми и застывшими.

– От моей старой травмы, – объяснил он, – и от напряжения этих дней оссиконы разгорелись огнем. Жгли мне голову. А теперь они остыли, молчат, успокоились. И плечу легче. Как ты это сделала?

Каталина с сомнением сощурилась и неуверенно ответила:

– Не знаю насчет этих ваших оссикон, но твое плечо явно требовало хорошего массажа. И если от него тебе стало лучше, то ничего удивительного я в этом не вижу.