Эти лживые клятвы

Прежде чем я успеваю ответить, он отпускает меня и направляется туда, откуда мы пришли.

Я делаю несколько шагов вперед и вхожу в бальный зал. Размерами он с квадратный блок в Фейрскейпе. Здесь огромные, от пола до потолка, окна. Через них в комнату льется солнечный свет. Сейчас позднее утро, и ноги людей и фейри мелькают над сверкающими мраморными полами. Я медленно пробираюсь в комнату, сливаясь с толпой, изучая пространство.

– Вот обязательно ей было отсылать Джасалин до того, как она закончила мое платье? – скулит знакомый голос позади меня.

Кассия.

Мое сердце начинает бешено колотиться.

Нет. Нет, пожалуйста.

– Ну, у тебя хотя бы было что-то достойное, – говорит Стелла. – Мне пришлось подкупить одну из помощниц швеи, и то чуть не ушла от них без платья.

Конечно, Кассия и Стелла пришли на бал. Наверное, поэтому они настаивали, чтобы Джас сшила им новые платья. Они как раз из тех идиоток, которые считают, что смогут стать принцессами фейри.

Низко опустив голову, я пробираюсь через толпу, стараясь держаться от них подальше.

Я так тороплюсь пройти через бальный зал, что врезаюсь в широкую мужскую фигуру.

– Простите. Прошу прощения, – не поднимая глаз, я продолжаю идти вперед.

– С вами все в порядке?

Его голос глубокий и мелодичный. Когда я слышу его, внутри меня что-то екает, и я не могу удержаться и оборачиваюсь.

При виде высокого мужчины со слегка загорелой кожей у меня перехватывает дыхание. Это не просто фейри. У него непослушные темные кудри до плеч, серебристые глаза сияют как лунный свет и обрамлены густыми темными ресницами. Если бы он был человеком, я бы предположила, что ему чуть больше двадцати, но что-то в его осанке и жестких чертах лица говорит, что он намного, намного старше. Он окидывает меня изучающим взглядом, кривит свои пухлые, сочные губы, а потом хмурится.

– Не хотите потанцевать, миледи?

– Что? Нет, – мне нужно сосредоточиться. Нельзя отвлекаться на невероятную красоту этого фейри.

Его глаза расширяются, как будто раньше его никогда не отвергали. И я не удивилась бы, если это правда – с такой-то внешностью.

– Может быть, тогда прогуляемся по саду?

– Отвали. Меня не интересуют…

Я слышу смех своих двоюродных сестер и оборачиваюсь. Они приближаются ко мне.

– Хорошо.