Стреломант

Твоя мама всю жизнь работала в обслуге гостиницы, и, скорее всего, все это ее чаевые, которые оставляли ей гости. Заметь, все купюры явно бывшие в употреблении».

Но если тут не такая уж и большая сумма, то почему Юля так реагирует?

«Она же сказала – потому что для тебя, для вашей семьи это огромная сумма. Погляди на квартиру: тут давно не было ремонта, мебель вся старая. Ты ходил в обычную, ничем не примечательную школу, на карманные расходы вынужден был зарабатывать сам, подвязываясь тут и там грузчиком.

С точки зрения Юли, ты – нищий. А тут вдруг выясняется, что у тебя есть такой клад. Само собой, она решит, что эти деньги – незаконные, ведь в ее понимании их у тебя не может быть, просто потому, что не может быть никогда».

Звучит логично. К тому же ей оттуда не видно, что все эти деньги – мелочовка.

– Это не мои деньги, – ответил я, глядя Юле в глаза, чтобы создать иллюзию честности. – Точнее, теперь уже мои. Это мама копила все восемнадцать лет моей жизни, мне на учебу. Она верила в то, что у меня будет дар, она надеялась на это и копила как раз для того, чтобы я смог пройти обучение в академии.

– Откуда она знала, что у тебя будет дар? – Юля ошарашенно помотала головой. – Такие случаи бывают один на миллион, чтобы дар проявился у кого-то, кроме наследников реадизайнеров! Да что там миллион – миллиард!

– Не знаю, – покривил душой я. – Я лишь передаю тебе то, что услышал сам от нее. Ну, тогда, когда заходил к ней в палату.

– Ух, ну и дела, – выдохнула Юля.

 – Ты, оказывается, богач!

– Ну, не думаю, – усмехнулся и поманил ее пальцем. – Здесь всего-то около двухсот тысяч. Особо не разгуляешься.

– Ой, да ладно! – обрадовалась Юля. – Это же машину можно купить! В Довгород, конечно, на ней не поедешь… Но можно купить прямо там!

Представляешь – в восемнадцать лет своя машина! Мечта!

– Ну да, а жить на что? – хмыкнул я. – Или жить в машине?

«А ты прожжённый прагматик! Дай девочке помечтать! Ей-то не светят даже подобные суммы!»

– Ну да, ты прав, – прямо на глазах поникла Юля.

 – Тебе же еще за учебу платить. Это я надеюсь на бюджет поступить, а ты теперь все равно что один остался.

Она подняла голову и посмотрела на меня так, будто в первый раз увидела:

– Знаешь, Серж… Ты теперь такой… взрослый…

И в ее взгляде, и в ее тоне явно проскальзывало не только это. Я хорошо знаю этот взгляд из-под полуопущенных ресниц – я тысячекратно ловил его на себе. Влажный, масляный, прилипчивый.