Невысокое искусство

Нет, она была далеко не Мисс Мира, и даже не похожа на неё. Но это было доброе и приятное создание.

Доброе?

Стасик вдруг представил, какая она, должно быть, заботливая и умная… Ему захотелось поговорить с ней. Он работал и разговаривал с картиной, как если бы это был живой человек. Впрочем, для Стаса картина была на тот момент живее всего реального мира… Он говорил и представлял, как она ему отвечает, представил голос. Представил, как меняется её лицо, как смотрят на него умные орехово-зелёные глаза. Как её зовут? У неё должно быть красивое имя… Что-то звучное, но в то же время приятное.

… Там, скорее всего, есть буква «А». Да. Определённо, «А» в начале.… Но что это за имя, Стас никак не мог сообразить точно.

Картина была закончена, когда уже было далеко заполночь. Стасик сел на кровать напротив работы, не в силах отвести от неё взгляда. Он очень устал, так устал, что не мог больше пошевелиться. Он проработал почти сутки. Глаза болели так, будто в них бросили целую горсть песка, голова кружилась, шея ныла.

Руки по локоть, грудь, джинсы, лицо – всё было вымазано краской, краска же была и на полу вокруг мольберта, и на мольберте, и на стуле.

Но нельзя было не заметить, как сильно Стасик светился в тот момент. Он был доволен. Он был счастлив. У него получилось! Он сделал!

Тут Стасик громко зевнул и вспомнил, что надо бы иногда спать. Да, определённо, люди часто так поступают – они спят…

Рассеянным движением он расстелил кровать. Едва хватило сил, чтобы выключить свет. Стас даже не стал снимать с себя одежду – так и рухнул в джинсах и майке, только очки снял.

Засыпая, он всё ещё смотрел на белеющую в темноте картину.

Он спал тем сном, который называют ещё «сладкий сон». Этим сном можно спать хоть несколько дней, а всё равно проснёшься – и снова захочется спать. Он примечателен тем, что он крепкий, и ты не видишь ничего, пока спишь таким сном. И если бы под окном у Стасика пробежало стадо разъярённых бегемотов, если бы там выстрелили из пушки или если бы там вдруг начался концерт десяти рок-групп сразу – он бы всё равно не проснулся.

Так спят счастливые люди.

Когда Стас приоткрыл всё же глаза, в комнате было уже светло от дневного света, проникавшего сквозь шторы. Значит, было уже около полудня. Очень лень вставать, но не лежать же так весь выходной, в самом же деле. Стасик пошарил рукой по тумбочке, разыскивая очки, надел их, сел, открыл глаза окончательно, и…

Вот уж чего он действительно не ожидал, так это вот этого.