Жека Стар. После выпускного

 – Он грустно вздохнул, – понять бы ещё, с чего такая милость!

Жека воздержался от комментариев, неопределённо пожал плечами.

Джону надоело проницательно на него смотреть, он улыбнулся, – а как твои вампирята? Осваиваются с новой техникой?

Настала Жекина очередь грустно вздыхать. Кадеты его звена, как только заключили контракты с ЧВК и сержантом Жекой Старом, уверовали, что домой их уже не выгонят, можно слегка оборзеть – на первые же кредитки вырядились и выкрасились под «эмо». Всем теперь говорят, что это у них такая народная традиция.

Но с другой стороны он сам вложил в их руки клинки, снял ошейники, учит драться – как он может что-то запрещать свободным рыцарям космоса? Парни выдают стабильно высокие даже по меркам американских кибер-разумов результаты, что ему ещё от них нужно?

– Пока, вроде, что-то получается, – осторожно ответил Жека, – скоро увидим на практике.

– Ладно, пойдём снова заседать, – потянулся Джонни, – что у нас на очереди?

– Дитрих обещал общий план, – ответил Жека, усмехнулся, – просто поверить не могу! Ходим тут с умным видом и обсуждаем захват станции! Разве не психи?

– Ой, ну кому ещё, по-твоему, этим заниматься?! – развеселился Джон.

 – И вообще, первый раз, что ли?

Дитрих упругим шагом прошёл на кафедру, теперь ощущение возвращения в школу стало полным, даже кожу на шее закололо. Преподаватель начал с небольшого предисловия:

– Мистер Хук, благодарю за тёплые слова. Понимаю, что вы сравнили нас с баранами для лучшего восприятия, для нашей же пользы.

Я сам частенько использовал такие сравнения для своих кадетов, и позвольте сказать вам то, что я много раз читал в юных горящих глазах.

Он отчётливо произнёс. – Сам ты баран!

«А Дитрих всё тот же лапочка»! – умилился Жека.

– Однако довольно лирики, позвольте перейти к существу лекции, – продолжил он деловым тоном. – Для начала немного предыстории. Я дружил с Луи. Он был человеком сложной душевной организации, люди редко его понимали. К нему вполне подходили определения «псих», «шизофреник», «маньяк», но за ним шли.

Не понимали и всё равно тянулись к нему. Просто Луи был по-настоящему гордым человеком, он нёс свою гордость над собой, как пламя! Он всегда ставил гордые, грандиозные задачи, стремился к великим целям.

Он повторил печально, – я дружил с ним, я знаю. Он всегда достигал того, во что верил. Я вижу, тут кое-кто хочет сказать, что не всегда. Луи действительно ошибся, но лишь в том, что отступился от мечты.