Тень души 2

Если кому-то кажется, что кое-что можно делать лучше, иначе, то ему придётся это делать самостоятельно. И этому кому-то таки приходится уходить и делать всё самому.

Община никогда не поможет изгнанникам, иначе какой смысл изгонять, но друг другу помогать изгои должны просто по своему воспитанию. То есть изгои общаются меж собой. Опять же кто сказал, что изгнанники не поддерживают никаких связей с отдельными общинниками? Общинное руководство в этом прямо заинтересовано просто потому, что умному руководству информация никогда не бывает лишней.

То есть как бы понятно, откуда вообще взялись волхвы. И что они должны были сделать после того, как их выгнали из родов? Раз не получилось стать самыми главными в отдельных общинах, стали самыми главными над всеми общинами – захватили власть в племени или, если его не было, сначала создали.

– Ну, это же логично! – горячился Денис. – Общины фактически изолированы, а эти общались между собой – знали, что делается во всех общинах. А кто владеет информацией, тот владеет миром! Знание сила!

– Знание власть, – поправил я.

– Ну а я о чём? – азартно продолжил Денис. – И смотри, блин, что они с этой властью делают! Никакого развития! Даже письменность для народа не разработали, только для себя! Они специально сдерживают прогресс!

– И в чём же это проявляется? – задал я ожидаемый вопрос. – Ну, кроме письменности?

– Они присваивают знания, – сурово проговорил Деня. – Например, сельскохозяйственные технологии.

– Ага, – поддакнул я. – То есть пришли бы и научили? Кажется, за такие вещи изгоняют из рода?

– Ну, сказали бы, что это воля богов! – возразил Денис.

– А откуда ты взял, что так не делается? – удивился я.

– Да ты глаза разуй! – воскликнул он. – Мы в лесу! И на десятки километров никого! И все так живут в своих общинах! Народу тупо нет!

– Это да, – согласился я с ним. – Но ты всё равно зря волнуешься. Наши предположения – только предположения.

– Значит, их нужно разрабатывать! – сурово сказал Деня.

– А зачем? – удивился я. – Чтобы стало больше народу? Знаешь, даже самые хорошие вещи не становятся лучше от того, что их появляется больше. А люди сами по себе… не самые хорошие. Ну, в большинстве.

– Ты рассуждаешь, как ведун! – возмутился Денис.

– Да, – сказал я спокойно.