Средь бесконечной череды созвездий. Книга 4. Лагатерра

Вздохнув, я вновь собралась спать, когда дверь в комнату распахнулась и в ее проеме возник мужской силуэт.

Ламия испуганно пискнула, а я, натянув одеяло до самых глаз, мгновенно перебрала в уме всевозможные варианты: от Кохэна до моего отца…

Но это был всего лишь додж.

И опознав объект вторжения, я с облегчением выдохнула.

– Так, – просипел он, – вы двое, завтра на уроки не идете. Высыпаетесь. Отдыхаете. Гуляете. Василика, ты показываешь новенькой школу и окрестности.

– Ура! – Радостно стуча хвостом, подскочила на кровати моя соседка.

– А чтобы вы как следует выспались, с вами в комнате посидит ваш куратор, – охладил ее пыл директор.

И ламия, примолкнув, тут же скользнула обратно под одеяло.

Я же лишь вздохнула про себя, решив, что, судя по всему, администрация этой школы тоже нуждается в отдыхе и восстановлении нервных клеток, а не только мы. Но на уроки была рада не идти, ознакомиться с окрестностями мне тоже очень хотелось, как и выспаться.

Говорить вслух, впрочем, ничего не стала, лишь проводила глазами удаляющуюся спину доджа и осмотрела усевшуюся на придверный коврик фигуру куратора, сложившего под себя перекрещенные ноги и мерно покачивающегося гибким телом во всевозможных направлениях в такт одному ему слышимой музыке.

То ли от усталости, то ли от этого мерного покачивания черной фигуры, сидящей у дверей, но я незаметно для себя уснула.

И открыла глаза уже поздним утром, судя по свету солнца, пробивающемуся сквозь плотные шторы.

***

– Рафика, ты уже проснулась? – прошипела моя соседка.

«Вот ведь неугомонная», – подумала я, произнося вслух короткое:

– Угу.

И садясь на кровати.

Комната выглядела светлой и уютной. Неоргана в ней уже не было. Чувствовала я себя вполне отдохнувшей. Так что можно было отправляться на разведку. И судя по радостному и бодрому виду ламии, не в одиночку.

Глава 12. В сад…

Василика весьма шустро заскользила по лестнице в направлении кухни. И во мне было взыграл спортивный азарт, подталкивающий меня рвануть с ней наперегонки, но я решительно его обуздала, решив не выставлять тут напоказ свою замечательную память, а заодно и осведомленность о ходах-выходах из лабиринтов школьных переходов.

Ламия тем временем успела пару раз задрать нос, снисходительно взирая на меня – отстающую – и гордо демонстрируя свое знание сети здешних ответвлений новенькой в моем лице.