Руны на шевронах

Руны загорелись синеньким. Парень на столе лежал, как прежде.

– Ну, ещё немного! – седой бросил кувалду и вцепился в шевелюру Ганса.

Хоть руны загорелись фиолетовым, тот не реагировал.

– А я что говорил! – выкрикнул некрасивый Дитрих. – Не получится ничего!

На него обернулись все лица, кроме Ганса.

– Но вот же руны светятся! – возразил научный руководитель. – Заклинание работает!

– Ну, встанет кто-нибудь в Бразилии после удара молнии, – небрежно сказал Дитрих и опустил руки.

Все за столом опустили руки, только седой профессор держался за волосы Ганса.

– Теорема Лобачевского-Кирхгофа верна для четырёх стабильных измерений! Но в случае переноса сознаний между реальностями время нестабильно! Условия теоремы оценочные! То есть мы не можем заранее утверждать, чьё тело займёт сознание!

«Совсем уродцу девки не дают»! – подумал Том горестно.

Повисла неловкая пауза. Собравшиеся отвели взгляды от Дитриха и посмотрели на Ганса.

– Гм, – молвил лысоватый немец. – Столько сил в него влили. Может, хоть зомби сделаем?

– Да! – поддержал его чёрненький товарищ. – Старый Альберт уже еле ходит и пробирки путает!

– Делайте, что хотите, – тихо ответил седой и вышел из кабинета.

Это второе фиаско совершенно подкосило его научные силы. Ему стало плевать на Гансов и Альбертов. В жизни ещё есть вкусная еда на ужин, и молодая, горячая жена студентка на ночь, а остальное пусть идёт само.

Утром ему сообщили, что родной министериум, наконец, засекретил тему. Он даже не смеялся, просто послал в секретариат приказ снабдить охраной всех причастных. Ещё через два часа пара гвардейцев заняли пост у его двери, а его всюду сопровождал человек с пустыми глазами и в сереньком костюме.

Ещё через час сообщили о британце, он тоже, согласно приказу, являлся носителем секретов. Так Томаса Ридли уже около полудня нашли в ванной, обнажённым, но мёртвым – повешенным на белом шарфике.

С кем мистер Ридли общался – ни у кого из прислуги не осталось сведений. Это косвенно можно считать приветиком от русских. Магическая Гардарика в теме его изысканий?! Эта жизнь становится всё интереснее!

* * *

Очнулся я с ужасной головной болью. Открыл глаза, так и есть – двоится. Белый потолок, белые с бежевым стены, лежу на казённой койке.