Бал виновных

Он подобрался к балкону незамеченным никем из знакомых и таким же незамеченным прошмыгнул через дверь.

Балкон представлял собой огромную пристройку из камня с двумя широкими лестницами с каждого бока. Такое сооружение правильнее было бы называть террасой, но все привыкли звать это балконом, потому что, видимо, архитектор отеля таковым его и задумывал, но спустя время кто-то посчитал нужным его увеличить и построить лестницы.

Альба стояла там, сложив руки на каменных поручнях и глядя куда-то вдаль на спящий изумрудный сад.

– Альба, – тихо позвал Йон, опасаясь, что кто-то посторонний может его услышать.

Девушка развернулась и удивленно спросила:

– Ты что, взял чью-то бабочку?

– Я ее одолжил, – улыбнулся юноша. – Ты хотела со мной о чем-то поговорить?

– Да, я хотела тебе сказать, что вчера ты так быстро убежал, а я даже не поняла почему. Но потом я осознала, что, возможно, мои слова показались тебе неприятными. Но я не хотела тебя обидеть, понимаешь? Тебе нравится Виктория, а я так про нее сказала.

– С чего ты взяла, что мне нравится Виктория? – удивленно спросил Йон.

– Я нашла только такое объяснение твоему поведению.

– Это объяснение неверное.

– Тогда что произошло?

Йон не знал, что ответить. Как ему было объяснить то, что он почувствовал в тот момент? Социальное неравенство, место в обществе, так чётко обозначенное девушкой, в которую он влюблен, – вряд ли она поймёт.

– Мне вчера с самого утра нездоровилось, а дон Мигель ещё нагрузил работой. Прости за эту выходку, – проговорил Йон. Что он понял, когда невольно слышал разговоры людей из высшего общества, так это то, что в любой сложной ситуации можно списать все на плохое самочувствие.

– Надеюсь, что сегодня ты чувствуешь себя хорошо? – беспокойно спросила девушка.

– Да, спасибо, сегодня все отлично.

– Я очень рада этому.

Неожиданно дверь ресторана распахнулась, и на балконе очутился Мартин с подносом в руках. Йон тут же повернулся лицом в сторону сада, делая вид, что он мечтательный сеньор, который любуется вечерним пейзажем.