Три судьбы

Однако вскоре он решил, что официальная семья останется семьёй, а лишать себя радости тайного общения с посторонними красотками совсем необязательно. Это всё обязательно будет.

В сентябре Скворцов вышел на работу в районный отдел милиции инспектором уголовного розыска. Получив краснокожее удостоверение и табельное оружие, он вдруг почувствовал, что с этого момента наделён особой властью над людьми. Не над всеми, конечно, но над многими, кто уже преступил закон или только попал под подозрение. Он, Сергей Анатольевич Скворцов, теперь может запросто вершить чужие судьбы.

И не только принимать мысленные решения, но и выбирать уровень активности сообразно сложившейся обстановке. Или вопреки.

Как там писал Вольфганг Кёппен в романе «Смерть в Риме»? «Размышления – это зыбучие пески, опасная запретная зона. Думают литераторы. Думают культуртрегеры. Думают евреи. Острее всех мыслит пистолет».

Свою первую взятку, так называемые «отпускные», он получил уже через два месяца, решив судьбу квартирного вора, и вышло это совершенно случайно.

Скворцов возвращался со службы около девяти часов вечера, когда за пару кварталов от своего дома вдруг заметил впереди худощавую мужскую фигуру с большим матерчатым свертком подмышкой и тут же нутром почувствовал: жулик. Чутьё не подвело.

Сергей ускорил шаг, пытаясь поравняться с подозрительным субъектом, но тот заметил в лунном свете тень преследователя и, бросив сверток на землю, принялся бежать. Догнать и скрутить хлипкого мужичонку для высокого спортивного парня не составило труда, это было делом нескольких минут, оставалось только препроводить его к месту, где тот сбросил, предположительно, краденое и далее – в территориальный отдел.

– Кого ограбили, гражданин? – вкрадчиво спросил Сергей, и пойманный заверещал:

– Ты мне, начальник, грабёж не шей! Никого в хате не было. Да и не поймал бы ты меня, если бы я не пожадничал и хозяйскую шубу не прихватил. Хватило бы и бабок с цацками… Слушай, отпусти меня, начальник, я тебе всё отдам, что забрал.

Я же только что откинулся, жена из хаты уже выписала, жить же где-то надо, кушать же что-то надо.

– Пошли, покажешь хату, да без фокусов, – велел Скворцов, крепко держа задержанного за заведённую за спину руку. – Если тебе повезёт, и там никого не окажется, вернёшь украденное – и отпущу.

Они поравнялись со сброшенным кулем, и оперативник заставил вора подобрать его.