Руны на клинках

А, в-третьих, флот Германии шёл по мирному в его понимании морю нападать на одиночек и элементарно нарвался на атаку подводных лодок. Линкоры «Шарнхорст», «Гнейзенау» и тяжёлый крейсер «Лютцов» поймали по торпеде, но остались пока на плаву, а старые броненосцы времён Первой Мировой Войны потонули.

Три лёгких крейсера сопровождали в Атлантике линкоры «Тирпиц» и «Бисмарк», остальные держали флаг Европейского Союза в Индонезии и на востоке Индии, поддерживали сообщение. А прочие тяжёлые крейсеры и эсминцы оказались на месте.

Они сумели уклониться от торпедных атак подлодок, и перешли к сопровождению повреждённых кораблей обратно. На них совсем никто не удивился, когда появились русские самолёты, и густо полетело из-за горизонта.

Немцы сообразили, что русские как-то обо всём прознали, а это пришёл флот Гардарики. По идее следовало оставить покалеченные корабли и уходить, но немцы своих не бросили. Связались с берегом и вызвали авиацию, а пока маневрировали.

Флот Гардарики особенно на самолёты не надеялся.

Шансы удрать от русских всем вместе таяли с каждой минутой, оставалась надежда лишь на свою авиацию. Тяжёлые корабли Гардарики выбрали первым «Лютцов». На море всё происходит медленно, немецкие лётчики успели увидеть, как объятый пламенем, избитый тяжёлыми снарядами крейсер уходит под воду.

Корабли в море на полном ходу, да ещё и под прикрытием самолётов, очень тяжёлая мишень. Немцы честно атаковали русский флагман, но им постоянно мешали истребители врага. Линкор просто менял курс, а его собратья выбрали новую жертву, сосредоточив огонь на «Гнейзенау».

Пилоты вернулись на аэродромы. Пока их заправляли, выпили ещё по кружке кофе с коньяком и полетели через Балтику. «Гнейзенау» уже не было, русские стреляли по пылающему «Шарнхорсту».

Тяжёлые крейсера и эсминцы немцев к тому моменту пытались удрать в рассыпную, но в них вцепились клыки русских крейсеров и эсминцев. Попытались помочь хотя бы убежать, атаковали русский тяжёлый крейсер.

Пилоты игнорировали атаки русских истребителей! Их сбивали, но товарищи прорывались и посылали машины ниже всего, что позволяют уставы! Сотня последних бортов обрушилась на врага целыми двумя волнами, одна за другой с разных направлений.